День космонавтики, книга-предвестник развала СССР: «Сын России» и стилистика советского, мистического, традиционного и сакрального

А ещё сегодня День космонавтики, то есть тот нечастый день, когда, архетипически религиозное совпадает с символически научным.

Кто-то расскажет нам про смешно и нелепо, кто-то, особенно ИИ, про «редкое совпадение духовного торжества и праздника науки».

День действительно идейно странный. Хотя по нынешним временам кто-то может даже найти в этом некоторые синергии, а кто-то с мироощущением Александра Андреевича Проханова — совершенно точно найдет.

Итак, лежала у меня книга, довольно случайно приобретённая (вместе с одним из изданий «Дюны»). И долежалась до дня, когда православная Пасха совпадает с Днём космонавтики. Так что, кажется, именно сегодня есть повод сказать о ней пару слов, причём с ракурса не менее необычного, чем сама книга в моём представлении. Сразу надо сказать, что предвестников, как и гонцов надо щадить. Не знаю насколько у меня получится изложить всё более-менее гармонично, но сама книга при всей её противоречивости, иногда даже вырвиглазности в целом — в отдельных частях очень хороша. Возьмите на заметку, она может проиллюстрировать в своём выражении предела многие советские темы.

Выполненная в стилистиках палеха и хохломы и отчасти в иконописном стиле. Поставленная на полку обложкой вперёд, она может даже сойти за какую-то китчевую икону. Есть несколько панорамных разворотных вклеек. Знатоки говорят, что иллюстрации выполнены художниками-палешанами.

Первая мысль, когда я взял в руки эту книгу — кажется, у меня в копилке воочию увиденных примеров странного смешения и будоражущей эклетики появился один из самых наглядных и характерных примеров.

Текст книги написал известный советский писатель (лично мне в детстве известный по повести «Мой генерал») Альберт Лиханов.

Лиханов, А. Сын России. Книга-альбом илл. К. Кукулиева, Б. Кукулиев, О. Ан. М.: Советская Россия, 1981.

Формат 70x100 1/8, для оценки альбомных размеров сфотографировал вместе с книгой один из томов серии fantasy (последняя картинка).

Некоторое дополнительное измерение придаёт факт, что такая патриотическая книга была отпечатана в Финляндии (Юхтейстюо — Хельсинки — Финляндия).

Книга есть на торрентах. Но здесь приведу все иллюстрации.

Сам текст, «Сын России» — пример, скажем так, необычного тематического верлибра, чуть стилизованного под старину, то есть зверь в позднесоветской литературе достаточной степени редкости.

Сейчас, конечно, в дни когда достижения Роскомоса могут порой выражаться в призывах светить фонариками в сторону Луны или Марса со всем прочим согласованным фарсом, эта книга уже не производит такого крышесностного впечатления.

Хотя намётанный глаз всё-таки будоражит, как будто некая атеистическая секта или подпольная церковь провозгласила Гагарина своим апостолом и пророком, а его полёт — вознесением. Так что в неком недоброжелательном ракурсе эта книга — набор икон, тем более что палехская школа в прошлом была иконописной мастерской и ее мастера были отлично знакомы с канонами. Так что лицезреем то ли житие святого, то ли коммунистический подвиг. Самое интересное, не знаю уж про взрослых, но увидь я эту книгу в год её издания, я, наверное, воспринял бы её вполне обывательски, как некий красивый объект, красивую книжку, которые тогда были, но в довольно дозированных количествах, поэтому притягивали внимание. Примерно в ряду ярко иллюстрированных сказок или былин. Так что отчасти эта книга — отражение сомнений, брожений и даже ожиданий 80-х. Хотя там есть не только сказочные сюжеты, вознесение Гагарина и пророка его Королёва, но и выставка достижений народного хозяйства-истории: с 17-м годом, Лениным, Ломоносовым, Пушкиным, пророком космоса Циолковском, героями-полярниками (в тексте Чкалов), победой в Великой Отечественной войне и прочим «наше всё» на тот момент (характерная примета позднесоветского — Сталина там нет). Надо признать, некоторые иллюстрации в этом чудном смешении сущностей получились — на загляденье. Палех, полярники и северное сияние — это что-то с чем-то!

Но смешение модерна и архаики — мало когда приводят к чему-то хорошему. И дело даже не в этой книге. Эта книга — просто индикатор некоторых глубинных процессов, происходящих в позднем СССР.

Доктрины разъедают не внешние инъекции, типа сакраментальных джинсов, джаза или подпольного самиздата иностранного, а внутренние ереси, а систему — не внешние воздействия, а дисбаланс компонентов, в частности процессы перемешивания фундаментального и современного нисходящими и восходящими потоками. Главное, наверное, в этом процессе — смущение умов или эклетика. Но об этом на других площадках и в другом формате. Тем более искусство — всегда всего лишь отражение политических процессов.

Книга, кажется, существует в разных вариантах подарочного исполнения: в футляре и даже в мягком брошюрированном переплёте. И, не стал выяснять точно, но, кажется, существует переиздание 2021 года.

Лично в моих глазах смотрящего — это в большей степени, обозначенная, соединённая, внутренне в моменте непротиворечивая, но — эклетика. Как у человека, который за красивыми картинками или стилизованным текстом видит ещё и идеологический горизонт.

Это сейчас я со своими привычками и багажом многое деконструирую практический автоматически. Так что лично у меня — головокружение от противоречий. И даже кажется что, если долго смотреть на эти иллюстрации, они шумно самоликвидируются с эзотермическим выделением энергии в ограниченном объёме. Что есть в этом смешении символов архаики и модерна? Если, конечно, всё это ограничить очевидным — просто необычно красиво проиллюстрированная книга, которая к тому же совпадала, совпадает, и, наверное, ещё не раз совпадёт с чьим-то мировосприятием. То ли это говорит о моём текущем синдроме поиска смысла, то ли, уже наоборот, о горизонте или кругозоре позднесоветских деятелей культуры и искусства. Хотя в руках у Зюганова и теперь эта книга смотрится вполне аутентично.

Синкретизм вполне может рядится в одежде синергии. Так что под оптимистичным взором из 80-х вполне могло казаться, что вот сейчас мы объединим русскую старину с направляющей ролью партией, что-то возродим, что-то поменяем и вот в этом уже сложном и прекрасном соединении будем счастливо существовать. Между тем русская старина стала где-то неоязычеством, партия сложила с себя ответственность, а затем полномочия, космическая программа стала атрибутом, ну и всё прочее.

Так что мне кажется, что такую советскую, но уже не совсем светскую книгу можно рассматривать как одну из первых ласточек всего этого сдвига. Иногда, как говорил Маклюэн: «The medium is the message», в данном случае восприятие этого издания как художественного высказывания форма меняет (заключает, определяет) содержание.

Возможно на этот книжный повод (надо сказать не маленький по формату), я навесил слишком многое, в том числе умозрительное, но, надеюсь, хоть объяснил.

В итоге книга до своего повода — показать нечто противоречивое, по-разному воспринимаемое, вещь одновременно и традиционную и китчевую, — долежалась.

Тема в целом требует небольшого продолжения и контекста, уже по 90-м.

Есть довольно интересный аспект, когда, собственно, православие, неоязычество, оккультизм (со всякими модификациями), разные мистические учения и секты и в какой-то степени фэнтези, особенно фэнтези с толикой эзотерики (Муркок и Желязны) а также Толкин отдельно пошло замещать даже не идеологическую нишу, а зияющие высоты горнего мира в общественном сознании. И явление это воспринималось по-разному, кто-то с увлечением проникся, а кто-то взирал с недоумением. Был даже определённый процент любителей научной фантастики, и в особенности позднесоветских НФ-писателей, которые фэнтези так и не восприняли, и всячески старались принизить. И в этом их можно понять.

На всё это можно смотреть с колокольни исчезнувшего странного модернистского проекта, каким был Советский Союз, ракурса сегодняшнего государства и идеологии (которые всегда практичны вплоть до цинизма), официального институционального от РПЦ (который очень не любит конкурентов, но по-разному смотрит на отход от канона), наконец, через религиоведение, как научный метод модерна, и прочее. Тему эту в разрезе социологии и литературоведения даже в этой мелкой группе нужно на пару текстов всё-таки когда-нибудь поднять для полноты картины. Вопрос — как? И ещё более сложный вопрос — в какой степени?

По совокупности моих же аргументом мне могут возразить про то, что сам СССР при создании пользовался вполне архаической символикой, придавая ей черты модерна, а и вообще всякое государство несёт в себе архаические атрибуту в виде герба, гимна и прочего, да и вообще вся современность зиждется на фундаменте архаики. Всё дело в процессах переноса и концентрации, но это всё выходит за рамки этой заметки.

Какие ещё ассоциации? Кроме перечисленных деструктивных? Например, в аспекте фантастической иллюстрации. Некоторые иллюстрации навевают ассоциации с «Космической трилогией» Льюиса, «Путешествием к Арктуру» Линдсея (на контрасте и даже на контрапункте) и облаком похожих произведений в английской традиции, и кое-что о «русском космизме».

Ну и в заключении. А представьте, если бы серию фэнтези проиллюстрировали в таком стиле. Или хотя бы парочка обложек были подобных картинам из этой книге? То есть, как минимум, эта книга показывает, как изобразительная стилистика в максимальной степени может влиять на восприятие.

Когда-нибудь и где-нибудь хотелось бы поговорить и про советские панно в том числе в рамках стилистики книжной иллюстрации, да и в целом, как соотносится мистическое, эзотерическое, символическое в государственных символиках, то есть как воздвигаются идеологические фундаменты и как перемешиваются сакральное и светское.