Краткая, яркая и в чём-то непрезойдённая страница в истории книгоиздания России. Взгляд со стороны читателя, условно «фэнский» сайт:
книги fantasy и SF 90-х годов (1991–1999 гг) + контекст: Серии Зарубежной ФАНтастики. Неофициально
Кафедра истории и теории литературы Тверского государственного университета
Тверской союз литераторов
Клуб «Big Ben»
Клуб «Ролевой чердак»
Страшные чтения II
Ужас и сакральное
Конференц-фест
Тверь
29 – 31 октября 2025
29 октября
Клуб Big Ben (улица Брагина, д. 2)
18-00
Открытие конференц-феста
Ужасное, сакральное и комическое
18-30
Литературные чтения
Проза, поэзия, переводы
Ведущий – Роман Гурский
Участвуют –
Марина Батасова, Александр Глазырин, Алексей Горобий, Роман Гурский, Анастасия Липинская,
Ольга Нек, Василий Чибисов, Григорий Шокин
20-30
Самое страшное кино
Омен (реж. Ричард Доннер, 1976)
Лекция Александра Сорочана и кинопоказ
30 октября
Клуб «Ролевой чердак»
(Смоленский пер., 25/55, офис 4, этаж 3)
Научные чтения
10-30
Ведет заседание Светлана Анатольевна Васильева
Александр Юрьевич Сорочан (Тверь)
Ужас и сакральное: проблемы истории и теории
Константин Сергеевич Поздняков (Самара)
«Страшные злодеи»: образы антагонистов в отечественной фантастической повести XIX века
Анастасия Андреевна Липинская (Санкт-Петербург)
Боги требуют. Жертвоприношение как мотив готической новеллистики
Валерия Дмитриевна Зарубина (Санкт-Петербург)
Ужас и влечение к сакральному: образ Ньярлатхотепа в творчестве Говарда Лавкрафта и Кейтлин Кирнан
Григорий Олегович Шокин (Мурманск)
«Что в вечности живет…»: двустишие Альхазреда сквозь призму пятнадцати русских переводов
Василий Васильевич Чибисов (Москва)
Безумец как реципиент сакрального ужаса
Варвара Игоревна Хаустова (Москва)
«Страшные» пространства в лирике К.Д. Бальмонта, О.Э. Мандельштама и У.Б. Йейтса
Петр Александрович Волошин (Москва)
Страшный Петербург в рок-поэзии
Дарья Леонидовна Куликова (Москва)
Сверхъестественное деторождение как ключевой концепт хоррор-сборника В.Чубукова “Прах и пепел”
14-30
Ведет заседание Анастасия Андреевна Липинская
Ольга Александровна Кузнецова (Москва)
Человек с черепом: между сакральным и комическим
Юлия Григорьевна Матушанская, Александр Александрович Ахметзянов (Казань)
Элементы хоррора в Ветхом Завете
Наталия Дмитриевна Реутская (Санкт-Петербург)
Искусство вызова от древности до современности: Кто боится царя Соломона?
Анастасия Сергеевна Чернова (Санкт-Петербург)
Причины страха перед куклами от древности до наших дней
Евгений Леонидович Кузьмишин (Москва – Санкт-Петербург)
«Наука умирать»: шоковая терапия страха смерти в масонской ритуальности
Никита Алексеевич Синявский (Тверь)
Сакральное без страха: топонимика Космоса в рассказах Михаила Елизарова
Евгений Викторович Петренко (Тверь)
Святое/сакральное в публикациях СМИ
Татьяна Викторовна Белова (Тверь)
Ужас одиночества в книге стихов Э. Шклярского «Белее белого»
Александр Александрович Малышев (Санкт-Петербург)
Рекламный нарратив как десакрализация диагноза
19-00
Букинистический магазин «Что делать?»
(ул. Новоторжская, д. 4)
Лавкрафт в русском переводе
Встреча с переводчиками хоррора и мистики
Участвуют: Александр Глазырин (Москва), Анастасия Липинская (Санкт-Петербург),
Григорий Шокин (Мурманск)
31 октября
13-00
Экскурсия
Десять тверских привидений
(по предварительной записи)
16-00
Клуб «Ролевой чердак»
Вечер страшных игр
(по предварительной записи)
Закрытие
Координаторы – Михаил Архиреев, Александр Бахарев, Роман Гурский, Ольга Козлова
Руководитель проекта – Александр Сорочан
Замечательная работа Альфреда Жарри (1873-1907), создателя литературы абсурда и изобретателя патафизики, была напечатана в "Меркюр де Франс" в 1899 году. Не знаю, что о ней подумали читатели - а вот писатели думали долго... "Машина лорда Кельвина" в книге Дж. Блэйлока без этой новеллы просто не могла бы появиться. А Майкл Муркок включил текст Жарри в одну из первых антологий "Новой волны" - книга "Ловушки времени" вышла в 1968 году.
Полностью антологию можно прочитать здесь
Как построить машину времени
1. Природа среды
Машину Времени, то есть устройство для исследования Времени, представить не сложнее, чем Машину Пространства, независимо от того, рассматриваете ли вы Время как четвертое измерение Пространства или как локус существенно иного содержания.
Обычно Время определяется как локус событий, точно так же, как Пространство — это локус тел. Иначе Время определяется просто как последовательность, тогда как пространство (это применимо ко всем пространствам: евклидову или трехмерному пространству; четырехмерному пространству, возникающему при пересечении нескольких трехмерных пространств; римановым пространствам, которые, будучи сферами, замкнуты, поскольку окружность является геодезической линией на сфере того же радиуса; пространствам Лобачевского, в которых плоскость открыта; или любым неевклидовым пространствам, основное свойство которых состоит в том, что они не допускают построения двух одинаковых фигур, как в евклидовом пространстве) — Пространство определяется как синхронность.
Каждый синхронный отрезок Времени отличается протяженностью и, следовательно, может быть исследован машинами, которые перемещаются в Пространстве. Настоящее простирается в трех измерениях. Если человек перенесется в любую точку прошлого или будущего, эта точка будет настоящим и будет простираться в трех направлениях до тех пор, пока человек находится в ней.В свою очередь, Пространство, или Настоящее, имеет три измерения Времени: пройденное пространство, или прошлое, предстоящее пространство будущего и настоящее как таковое.
Пространство и Время соизмеримы. Исследовать Вселенную, изучая точки в пространстве, можно только с помощью Времени; и чтобы измерить Время количественно, мы обращаемся к пространственным интервалам на циферблате хронометра.
Пространство и Время, будучи одной и той же природы, могут рассматриваться как различные физические состояния одной субстанции или как различные способы движения. Даже если мы принимаем их только как различные формы мышления, мы рассматриваем Пространство как твердую, жесткую систему явлений; в то время как сравнение Времени с текущим потоком, жидкостью, находящейся в равномерном прямолинейном движении, стало банальной поэтической фигурой. Любое внутреннее препятствие на пути потока подвижных молекул жидкости, любое увеличение вязкости — это не что иное, как сознание.
*
Поскольку Пространство вокруг нас неподвижно, для того, чтобы исследовать его, мы должны перемещаться с помощью Длительности. В кинематике Длительность играет роль независимой переменной, функцией которой являются координаты рассматриваемых точек. Кинематика — это геометрия, в которой события не имеют ни прошлого, ни будущего. Тот факт, что мы создаем такое различие, доказывает, что мы проходим через названные точки.
Мы движемся по течению Времени и с одинаковой скоростью, оставаясь частью Настоящего. Если бы мы могли оставаться неподвижными в абсолютном Пространстве, пока течет Время, если бы мы могли запереться внутри Машины, которая изолирует нас от Времени (за исключением небольшой и нормальной «скорости Длительности», которая сохранится из-за инерции), все будущие и прошлые мгновения можно было бы изучать последовательно; точно так же у неподвижного наблюдателя панорамы возникает иллюзия быстрого путешествия по череде пейзажей. (Позже мы продемонстрируем, что, как видится из Машины, Прошлое простирается за Будущим.)
2. Теория работы машины
Машина, предназначенная для того, чтобы изолировать нас от Длительности или от действия Длительности (от старения или омоложения, физического сопротивления, которое последовательность движений оказывает на инертное тело), должна будет сделать нас «прозрачными» для этих физических явлений, позволить им проходить насквозь, не изменяя и не перемещая нас. Эта изоляция будет достаточной (на самом деле, невозможно спроектировать ее более эффективно), если Время, обгоняя нас, даст нам минимальный импульс, достаточный, чтобы компенсировать замедление нашей обычной продолжительности, сохраняемой благодаря инерции. Это замедление может быть вызвано действием, сравнимым с вязкостью жидкости или трением машины.
Таким образом, оставаться неподвижным во Времени означает безнаказанно проходить сквозь все тела, движения или силы, местом нахождения которых будет точка пространства, выбранная Исследователем в качестве отправной точки Машины Абсолютного покоя или Машины Времени. Иначе: можно представить, что эти события пронизывают вас насквозь, подобно тому, как снаряд проносится сквозь пустую оконную раму, не повреждая ее, или как лед вновь образуется после того, как его порезали проволокой, или как организме остается неповрежденным после прокола стерильной иглой.
*
Поэтому машина Исследователя времени должна:
(1) Быть абсолютно плотной, или, другими словами, абсолютно эластичной, чтобы проникать в самое плотное твердое тело так же легко, как в бесконечно разреженный газ.
(2) Иметь вес, чтобы оставаться неподвижной в Пространстве, и в то же время оставаться достаточно независимой от суточного движения Земли, чтобы сохранять неизменную ориентацию в абсолютном Пространстве; и, как следствие, несмотря на то, что Машина имеет вес, она не должна падать, если земля под ней проседает в процессе движения.
(3) Она должна быть немагнитной, чтобы на нее не влияло вращение плоскости поляризации света (позже мы увидим, почему).
Существует идеальное тело, удовлетворяющее первому из этих условий: Светоносный Эфир. Он представляет собой совершенное упругое твердое вещество, поскольку волновое движение распространяется в эфире с хорошо известной скоростью; он проницаем для любого тела или проникает в любое тело без ощутимого эффекта, поскольку тяготение Земли внутри такое же, как в пустом пространстве.
Но — и в этом заключается его единственное сходство с круглым телом или аристотелевским эфиром — он по своей природе лишен тяжести; и, поскольку эфир вращается как единое целое, он сохраняет магнитное вращение, открытое Фарадеем.
*
Одна обычная машина, известная всем нам, обеспечивает идеальную модель светоносного эфира и удовлетворяет трем постулатам.
Давайте вкратце вспомним, каково строение светоносного эфира. Это идеальная система материальных частиц, взаимодействующих друг с другом посредством невесомых пружин. Механически каждая молекула является оболочкой спиральной пружины, концы которой присоединены к концам соседних молекул. Толчок или натяжение одной молекулы вызовет вибрацию во всей системе, точно так же, как это происходит при продвижении фронта световой волны.
Структура этой системы пружин аналогична циркуляции без вращения бесконечно большого количества жидкостей через бесконечно малые отверстия или модели, состоящей из жестких стержней и быстро вращающихся маховиков, установленных на всех или некоторых из этих стержней.*
* Ср. Уильям Томсон [лорд Кельвин]. О гиростатической и адинамической структуре эфира (C.R. 1899; Proc. R. Soc. Ed., 1890). [Примечание автора.]
Система пружин отличается от светоносного эфира только тем, что она имеет вес и вращается как единое целое так же, как вращался бы эфир в поле без приложения магнитной силы.
Если постоянно увеличивать угловую скорость маховиков или затягивать пружины, то периоды элементарных колебаний будут становиться все короче и короче, а амплитуда — все слабее и слабее. Движения будут все больше напоминать движения абсолютно жесткой системы, состоящей из материальных точек, подвижных в пространстве и вращающихся в соответствии с хорошо известным законом вращения твердого тела, имеющего равные моменты инерции, вокруг трех основных осей.
Таким образом, элементом, обладающим идеальной жесткостью, является гиростат или гироскоп.
*
Все видели квадратные или круглые медные рамки, внутри которых находится маховик, быстро вращающийся вокруг внутренней оси. Благодаря своему вращению гиростат сохраняет равновесие в любом положении. Если мы немного сместим центр тяжести относительно вертикали точки опоры, она повернется по азимуту, не опускаясь. Азимут — это угол между меридианом и плоскостью, который определяется вертикалью и заданной неподвижной точкой, например, звездой.
Когда тело вращается вокруг оси, одна из точек которой перемещается вместе с суточным движением Земли, направление оси остается неизменным в абсолютном пространстве; так что наблюдателю, неосознанно перемещающемуся в этом суточном движении, кажется, что ось равномерно вращается вокруг оси Земли, точно так же, как если бы параллактический телескоп постоянно был направлен на определенную звезду низко над горизонтом.
Три быстро вращающихся гиростата с осями, параллельными трем измерениям пространства, создадут условия кубической жесткости. Исследователь, сидящий в Машине, будет механически заключен в куб абсолютной жесткости, способный проникать в любое тело без изменений, подобно светоносному эфиру.
Мы только что видели, что Машина сохраняет неизменную ориентацию в абсолютном Пространстве, но зависит от суточного движения Земли, что дает точку отсчета для определения пройденного Времени.
И, наконец, у Машины нет намагниченных частей, как будет показано в ее описании.
3. Описание Машины
Станок состоит из рамы из черного дерева, похожей на стальную раму велосипеда. Элементы из черного дерева соединяются с помощью припаянных медных креплений.
Три «тори» (или маховика) гиростата, расположенные в трех перпендикулярных плоскостях евклидова пространства, изготовлены из черного дерева в медной оболочке, закреплены на стержнях из плотно свернутых кварцевых лент (кварцевые ленты изготавливаются так же, как и кварцевая проволока) и установлены в кварцевых гнездах.
Круглые рамы или полукруглые вилки гиростатов изготовлены из никеля. Под сиденьем и немного впереди расположены аккумуляторы для электродвигателя. В машине нет другого железа, кроме мягкого железа электромагнитов.
Движение передается трем маховикам с помощью храповиков и цепных приводов из кварцевой проволоки, зацепленных за три зубчатых колеса, каждое из которых находится в той же плоскости, что и соответствующий маховик. Цепные приводы соединены с двигателем и друг с другом коническими шестернями и ведущими валами. Тройной тормоз управляет всеми тремя валами одновременно.
При каждом повороте переднего колеса приводится в действие рычаг, прикрепленный к системе шкивов, а четыре циферблата цвета слоновой кости, как отдельные, так и совмещенные, отсчитывают дни – в единицах, тысячах, миллионах и сотнях миллионов. Отдельный циферблат сохраняет связь с суточным движением Земли благодаря нижней оси горизонтального гиростата.
Рычаг, управляемый рукояткой из слоновой кости и перемещающийся в продольном или параллельном Машине направлении, регулирует скорость вращения двигателя. Вторая рукоятка замедляет движение Машины с помощью шарнирной тяги. Будет видно, что возврат из будущего в настоящее осуществляется путем замедления движения Машины, а путешествие в прошлое осуществляется со скоростью, еще большей, чем та, которая используется для перемещения в будущее (чтобы обеспечить более совершенную неподвижность во времени). Для остановки в любой определенный момент времени предусмотрен рычаг блокировки тройного тормоза.
Когда Машина находится в состоянии покоя, две круглые рамы гиростатов расположены по касательной к земле. В процессе работы, поскольку гиростатический куб не может начать вращательное движение или, по крайней мере, удерживается в угловом движении, определяемом постоянной парой, Машина свободно поворачивается по азимуту на конце горизонтальной гиростатической оси.
4. Работа Машины
За счет действия гиростатов Машина становится прозрачной для последовательных интервалов Времени. Она не остается неизменной, а скорее сохраняет свое содержимое вне Времени, защищая от любых действий. Если Машина колеблется в Пространстве или даже если Исследователь стоит на голове, он все равно видит удаленные объекты нормально и постоянно в одном и том же положении, поскольку все вокруг прозрачно, и у него нет точки отсчета.
Поскольку он не ощущает длительности, путешествие не занимает Времени, каким бы долгим оно ни было, даже если исследователь остановится вне Машины. Мы уже говорили, что он не испытывает течения времени, кроме как в смысле трения или вязкости, преодолевая интервал, практически эквивалентный тому, который он прошел бы, даже не входя в Машину.
Однажды приведенная в движение Машина всегда движется к будущему. Будущее — это нормальная последовательность событий: яблоко висит на дереве и падает. Прошлое — это обратный порядок: яблоко падает – на дерево. Настоящего не существует, это крошечный фрагмент явления, размером меньше атома. Известно, что физический размер атома составляет 1,5×10-8 сантиметров в диаметре. Никто еще не измерил ту долю солнечной секунды, которая равна настоящему.
Точно так же, как в космосе движущееся тело должно быть меньше, чем содержащая его среда, Машина, чтобы двигаться во времени, должна быть по длительности короче, чем Время, содержащая ее среда, то есть она должна быть неподвижной в последовательности событий.
Неподвижность Машины во времени прямо пропорциональна скорости вращения ее гиростатов в пространстве.
Если t означает будущее, то скорость в пространстве или длительность, необходимая для исследования будущего, должна быть временной величиной V, так что
V < t.
Всякий раз, когда значение V приближается к 0, машина возвращается в настоящее.
Движение в Прошлое сводится к восприятию обратимости явлений. Мы видим, как яблоко взлетает на дерево, мертвец оживает, а ядро возвращается в пушку. Хорошо известно, что этот визуальный аспект последовательности теоретически достижим, если обогнать световые волны и затем продолжить движение с постоянной скоростью, равной скорости света. Аппарат, напротив, переносит исследователя через реальный промежуток Времени, а не ведет поиск изображений, сохраненных в пространстве. Ему нужно только разогнаться до такой степени, чтобы индикатор скорости (напомним, что скорость гиростатов и замедление движения Машины, то есть скорость событий в обратном направлении, равнозначны) показывал
V < — t.
И он продолжит движение с равномерным ускорением, которым можно управлять почти в соответствии с формулой всемирного тяготения Ньютона. Для обозначения времени, предшествующего — t, можно использовать < —t, и чтобы достичь этого значения, нужно получить на циферблате значение, эквивалентное
V< (< — t)
5. Время, увиденное из Машины
Стоит отметить, что у Машины есть два Прошлых: прошлое, предшествующее нашему настоящему, то, что мы могли бы назвать реальным прошлым; и прошлое, созданное Машиной, когда она возвращается в наше Настоящее, и которое, по сути, является обратной версией Будущего.
Аналогично, поскольку Машина может попасть в реальное Прошлое только после прохождения через Будущее, она должна миновать точку, симметричную нашему Настоящему, мертвую точку между будущим и прошлым, которую можно точно обозначить как Воображаемое Настоящее.
Таким образом, Исследователь в своей Машине воспринимает Время как кривую, или, точнее, как замкнутую криволинейную поверхность, аналогичную эфиру Аристотеля. Во многом по тем же причинам в другом тексте («Подвиги и мнения доктора Фаустролла», книга VIII) мы используем термин «Эфирность». Без Машины наблюдатель видит менее половины истинной протяженности времени, так же как люди привыкли считать Землю плоской.
Из работы Машины можно легко вывести определение Длительности. Поскольку она сводится к сокращению t до 0 и 0 до — t, мы скажем:
Длительность — это превращение последовательности в возвращение.
Другими словами:
СТАНОВЛЕНИЕ ПАМЯТИ.
о страшной и реальной приостановке…
тех непреложных законов Природы, которые являются нашей единственной защитой против хаоса и демонов запредельного пространства.Г.Ф. Лавкрафт
29 – 31 октября 2025 года в Твери состоится конференц-фест «Страшные чтения II».
В 2014 году руководитель данного проекта вместе с коллегами из ИРЛИ РАН и ПсковГУ организовал конференцию «Все страхи мира: horror в литературе и искусстве». Категории, к которым мы обращались тогда, по-прежнему привлекают внимание – и, возможно, стали даже более актуальными. И уже второй год подряд кафедра истории и теории литературы ТвГУ при поддержке клуба Big Ben (https://bigbclub.ru) и клуба «Ролевой чердак» (https://roleplayloft.ru) обращается к исследованиям страшного и ужасного в обществе и культуре.
Мы продолжаем разговор о «самом древнем и сильном из человеческих чувств» в литературе и музыке, архитектуре и живописи, экономике и политике, философии и повседневности… Страх, увы, становится всесильным – и преодоление страха неразрывно связано с осмыслением различных его проявлений.
Конференция посвящена одному из самых актуальных аспектов темы – «Ужас и сакральное». Еще Р. Отто в 1916 году связал сакральное с мистерией ужаса, подразумевая, с одной стороны, закрытость священного, а с другой стороны, отражение или представление пугающего всемогущества. В последнее время, после выхода в свет масштабных исследований К. Таро и С. Зенкина, рассуждения о связи ужасного и негативного сакрального повторяются довольно часто. Однако контексты этих рассуждений весьма различны: от «принятия страха» и отвержения сакрального до «мифологической революции», сопряженной с насилием и террором. Потенциальная опасность сакрального – не только во внешней угрозе, но и в неразличимости добра и зла. И эта опасность еще не в полной мере осмыслена гуманитарной наукой.
Что такое «священный ужас»? «Устрашенность великолепием» или «изумление»? «Отчуждение» или «нестабильность»? В зависимости от выбора тех или иных социологических, гносеологических или эстетических установок мы можем предложить разные варианты ответа. Но «постижение» далеко не всегда связано с «принятием»…
Возможно, решение проблемы связано с отбором материала – от художественных текстов до рекламных объявлений, от архивных документов до архитектурных проектов. Интерес может вызвать и усложняющийся категориальный аппарат (horror, weird, uncanny, eerie и др.), не вполне освоенный исследователями; то же касается и категорий «сакральное», «священное», «святое». Изучение новых оппозиций так или иначе приближает нас к пониманию сущности страха и его связей с сакральным. Осмысление научной проблемы исключительно важно – но задачи нашего мероприятия этим не ограничиваются.
Страх остается и источником развлечения, поэтому участников конференц-феста ожидают самые разные мероприятия – ночное заседание в ночном клубе и праздничный просмотр киноклассики, вечер страшных настольных игр и традиционные для Твери литературные «Страшные чтения» (https://vk.com/scary_stories_club) с участием авторов и переводчиков, презентации книг и даже тематическая экскурсия.
Приглашаем к разговору «о страшном» всех ученых-гуманитариев; надеемся на активное участие молодых исследователей.
Время заседаний ограничено, поэтому отбор участников конференции будет производиться на конкурсной основе. Просим потенциальных участников сообщить краткие биографические данные (Ф.И.О., ученая степень, ученое звание, место работы), а также до 25 сентября представить тезисы доклада (не более 1 страницы) на электронную почту оргкомитета: strashno.konf@gmail.com.
Дистанционное и заочное участие в мероприятии не предусмотрены. Организационный взнос – 1000 р.
Сообщения о включении докладов в программу будут разосланы заявителям не позднее 1 октября 2025 года. Оргкомитет не сможет компенсировать расходы на проезд и проживание участников. По материалам конференции будет выпущен сборник статей с индексацией в РИНЦ; публикация бесплатная.
Руководитель проекта – доктор филологических наук, профессор кафедры истории и теории литературы Александр Юрьевич Сорочан
Давно ничего здесь не выкладывал - к сожалению, очень много работы... Впрочем, некоторые планы понемногу реализуются. В частности, готовы переводы для шестого, дополнительного тома сочинений Артура Мэйчена - четыре сборника и разрозненные тексты; объем огромный, на русском практически ничего не издавалось. Да, и единственный непереведенный роман Мэйчена тоже там будет. Только комментарии очень сложные, делаются медленно. Пока - история 1926 года о любимом персонаже Мэйчена, великом и ужасном докторе Джонсоне
Большинство читателей книги Босуэлла о Джонсоне знают, что в подробном обзоре жизни, писем и сочинений героя есть своеобразный пробел, пустое место. Вплоть до 1745 года все происшествия тщательно отмечались, и мы следили за действиями Доктора почти месяц за месяцем, иногда день за днем. В книгу включены деловые письма, например, следующее, адресованное мистеру Кейву, основателю журнала «Джентльменз мэгезин»:
«Уважаемый сэр, возможно, вы помните, что мы ранее беседовали о военном словаре. Старший мистер Макбин, сотрудничавший с мистером Чемберсом, располагает очень хорошими материалами для такой работы, которые я видел, и выполнит работу за очень низкую плату. Я думаю, все, что касается войны и мореплавания, можно было бы уместить, с хорошими пояснениями, в одной книге ин-октаво; он готов сделать работу за двенадцать шиллингов за лист; гинея за повторное издание. Если вы подумаете об этом, я могу его к вам направить. Остаюсь, сэр, ваш покорный слуга Сэм. Джонсон. Прошу вас, одолжите мне книгу Топселла о животных*».
Это не особенно важное письмо, хотя расценки (около 4 шиллингов за тысячу слов, с сомнительным повышением до 7 шиллингов) могут заинтересовать авторское сообщество. Но Босуэлл использовал все доступные материалы, касавшиеся Джонсона; для него не существовало мелочей, он всему придавал значение. Поэтому пробел в истории, относящийся к 1745-1746 годам, тем более примечателен.
Годом ранее Джонсон опубликовал свою книгу "Жизнь Сэвиджа", книгу, посвященную таинственной истории, ожесточенным спорам и необычному — и очень дурному — человеку. "Жизнь Сэвиджа", вероятно, во многом способствовала популярности Джонсона, поскольку он все еще оставался малоизвестным и очень бедным человеком. «Его положение, - по словам Босуэлла, - в то время было весьма затруднительным». И все же, за одним незначительным исключением, Джонсон, остро нуждавшийся в деньгах для себя и жены, похоже, провел сорок пятый и сорок шестой годы в полном бездействии. Незначительным исключением стала брошюра «Разные наблюдения над трагедией "Макбет" с комментариями к изданию Шекспира сэра Т.Х.». На самом деле это был проспект нового издания Шекспира, над которым размышлял Джонсон; он не мог принести немедленной прибыли. Что касается остального – молчание в течение двух лет,
Босуэлл высказывает такое предположение: «Поскольку мы не обнаружили никаких других публикаций в течение года, можем предположить, что он был поглощен работой над книгой». Но "Шекспир" был опубликован только в 1765 году, двадцать лет спустя. И снова под датой «1746»: «Вероятно, он все еще работал над своим Шекспиром... Несколько любопытно, что его литературная деятельность, по-видимому, почти полностью прекратилась в 1745 и 1746, в те годы, которые были отмечены гражданской войной в Великобритании, когда была предпринята опрометчивая попытка восстановить на троне дом Стюартов. Хорошо известно, что он питал склонность к этому злополучному дому; и некоторые могут выдвинуть фантастическое предположение, что тревога, вызванная сочувствием, мешала Джонсону проявить интеллектуальные способности; но я склонен полагать, что в это время он делал заметки для великой филологической работы. Насколько я могу судить, не сохранилось ни одного его письма за эти годы».
Безусловно, это неожиданное молчание кажется загадочным. Джонсон, похоже, полностью исчез с литературной сцены; он не пишет ни "текстов" для типографий, ни писем своим друзьям. Целых два года о нем ничего не было известно. Появилось и объяснение. Поговаривали, что он отправился в путешествие вместе с принцем Чарли и находился в армии Молодого Шевалье.
На первый взгляд, эта теория отличается некоторым правдоподобием. В принципе, Джонсон был якобитом. Он считал: если человек имеет право на свою собственность, то дом Стюартов имеет право на трон Англии. Более того, доктор питал явную симпатию к Стюартам. Он не потерпел бы, чтобы в его присутствии произносили хоть одно слово против англиканской церкви или Карла II! И, опять же, во всяком случае, в молодости доктор питал сильную ненависть к Георгу II, фактическому королю Англии в 1745 году. А в сорок пятом году Джонсон был тридцатисемилетним, сильным, еще не старым человеком, прекрасно подготовленным к тяготам военной кампании. Неужели доктор последовал за Чарли; и не в этом ли причина пробела в его жизнеописании?
Предположение правдоподобное, но невозможное. Джонсон был правдивым человеком, и Босуэлл слышал, как он заявлял: «Если бы поднятием правой руки он мог обеспечить победу армии принца Чарльза при Каллодене, то не был уверен, что поднял бы руку... Так он боялся последствий еще одного дворцового переворота в Великобритании». Это соображение имеет решающее значение.
Где же в таком случае был Джонсон в 1745-1746 годах? Я считаю весьма вероятным, что "неприятности" привели его в тюрьму Флит-стрит и его страдания были настолько велики, что доктор сделал все возможное, чтобы стереть их из памяти и скрыть печальный эпизод от своих друзей.
Тверской
государственный университетИнститут
русской литературы (Пушкинский
Дом) Российской
академии наукРоссийский государственный гуманитарный университетОпоздание как сюжет
Научная конференция
Тверь
10 апреля
Клуб BIG BEN (Тверь, ул. Брагина, д. 2)
10-00
Опоздание и репрезентация
Ведут заседание Светлана Анатольевна Васильева и Александр Юрьевич Сорочан
Александр Юрьевич Сорочан (Тверь)
Репрезентация как запаздывающий феномен
Ольга Александровна Давыдова (Москва)
Время личности vs время социума: опоздание в античной частной жизни
Динара Викторовна Дубровская (Москва)
Гистерезис с лагом, или Опоздание в прошлое в традиционной китайской системе ценностей
Ирина Петровна Глушкова (Москва)
Божеское опоздание как рутина и как форс-мажор (песнопения Дзана-баи, XIII–XIV вв.)
Анна Андреевна Савченкова (Москва)
Опоздание как движущая сила нарратива в средневековых костяных ларцах на сюжет «Кастелянши из Вержи»
Ирина Анатольевна Лобакова (Санкт-Петербург)
«Если опоздать с канонизацией...»
Илона Витаутасовна Мотеюнайте (Псков)
Альтернативная история как способ справиться с опозданием (на примере пушкинского мифа русской литературы)
Анатолий Викторович Корчинский (Москва)
Современность как опоздание: синхрония и асинхронность настоящего в (возможной) теории романа
13-30 Обед
14-00
Краткая история опоздания
Ведет заседание Ирина Анатольевна Лобакова
Татьяна Александровна Алпатова (Москва)
Опоздание в художественном мире А. Н. Радищева: к проблеме построения психологического сюжета
Ксения Романовна Белозерова (Тверь)
Опаздывающий герой: особенности восприятия времени
в повести И. С. Тургенева «Затишье»
Илья Борисович Медовой (Москва)
Запоздалые прозрения героев «Обыкновенной истории»
И. А. Гончарова и «Кроткой» Ф. М. Достоевского
Светлана Анатольевна Васильева (Тверь)
«Опоздавшая» любовь в рассказе Л. Н. Андреева «Два письма»
Денис Львович Карпов (Ярославль)
Опоздавшая молодёжь: сюжет, которого не было
Борис Федорович Колымагин (Москва)
Тема опоздания в актуальной поэзии
16-10
Вечное опоздание
Ведет заседание Анатолий Викторович Корчинский
Дмитрий Алексеевич Клеопов (Москва)
В. В. Бибихин. Онтология опоздания
Полина Сергеевна Громова (Тверь)
«Почему я не родился сто лет тому назад?..» Опоздание как судьба
Кристина Александровна Ельцова (Тверь)
«Опоздавшие» статьи И.А. Гончарова
Константин Сергеевич Поздняков (Самара)
Функции опоздания как сюжетного узла в отечественной фантастической повести XIX в.
Дмитрий Дмитриевич Николаев (Москва)
Комизм нормы и комизм нарушения нормы: опоздание vs пунктуальность в творчестве Н. А. Тэффи 1904–1912 гг.
Светлана Николаевна Еланская (Тверь)
«Не проиграв, не победить!»: опоздание как определение ситуации в системе кайротических взаимодействий в фильмах Э. А. Рязанова
11 апреля
Клуб BIG BEN (Тверь, ул. Брагина, д. 2)
10-00
Мотив опоздания
Ведет заседание Константин Сергеевич Поздняков
Анна Валерьевна Архангельская (Москва)
Мотив опоздания в древнерусских сюжетах, связанных с походом Игоря на половцев
Елена Евгеньевна Завьялова (Астрахань)
Мотивы запаздывания и опоздания в романе А. С. Пушкина «Евгений Онегин»
Ольга Александровна Гримова (Краснодар)
Мотив опоздания как фактор концептуализации ностальгического сюжета в повести
А. Г. Битова «Фотография Пушкина»
Ирина Евгеньевна Мелентьева (Москва)
Система опозданий в романе А. И. Солженицына «В круге первом»
Татьяна Викторовна Белова (Тверь)
Мотив «опоздание» и его смысловое развертывание в поэтическом тексте (Ахматова, Евтушенко, Тушнова)
11-45
Позабывшие о времени
Ведет заседание Елена Юрьевна Козьмина
Ольга Александровна Кузнецова (Москва)
Весёлый старик как опоздавший жених в
комических сценках XVIII – нач. XIX вв.
Анастасия Андреевна Липинская (Санкт-Петербург)
Расхождение во времени как сюжетный механизм готической новеллистики
Юрий Викторович Доманский (Москва)
Опоздание в «Вишневом саде»
Станислав Фёдорович Меркушов (Москва)
Миметическая репрезентативная стратегия в фикциональном дискурсе («Понедельник начинается в субботу» бр. Стругацких и А. Белинского, «Чародеи» К. Бромберга)
Ольга Святославовна Карандашова (Тверь)
«Сегодня в срок прийти хотел...»: опоздание в литературе для детей
13-20 обед
13-50 «Время, назад!»
Пешеходная экскурсия по с. Трехсвятское и Архиерейскому (Детскому) парку
Филологический факультет ТвГУ
(просп. Чайковского, 70)
15-00 Секционные заседания (ауд. 34 и 48)
Опоздавшие письма
Ведет заседание Денис Львович Карпов
Елена Евгеньевна Соловьева (Череповец)
Письмо персонажа в сюжете опоздания
Виолетта Стиговна Трофимова (Санкт-Петербург)
Опоздавшие и неполученные письма в малой прозе Афры Бен
Александр Александрович Малышев (Санкт-Петербург)
Куда опаздывал русский путешественник Н. М. Карамзина
Сергей Михайлович Пинаев (Москва)
Запоздалая истина, или Психология расплаты («Этрусская ваза» Проспера Мериме)
Светлана Сергеевна Царегородцева (Москва)
Задержанное время в незавершённом романе Г.Д. Гребенщикова «Час настал»
Тимур Маратович Хусяинов (Москва)
«Прости мой друг, за опоздалое поздравление»: темпоральность и коммуникация в почтовых открытках (на материалах цифрового корпуса «Пишу тебе»)
Поздние встречи
Ведет заседание Алла Михайловна Грачева
Алла Михайловна Грачева (Санкт-Петербург)
Опоздание на две мировые войны: роман А. М. Ремизова «Плачужная канава»
Анна Сергеевна Урюпина (Москва)
О поздних встречах А. М. Ремизова
Александра Александровна Голубева (Москва)
Запоздалая встреча в Париже: А. М. Ремизов и М. В. Добужинский
Анастасия Владимировна Митрофанова (Москва)
Слишком поздно: посмертный путь обывателя в рассказе М. Элиаде «У цыганок»
Елена Юрьевна Козьмина (Екатеринбург)
«Небольшое запаздывание, всего в несколько микросекунд...»: рассогласование миров в романе
Е. Сосновского «Апокриф Аглаи»
Николай Александрович Червяков (Москва)
Неслучайное опоздание: негативная онтология случая (на примере фильма К. Кесьлевского «Случай»)
17-10 Секционные заседания (ауд. 34 и 48)
Социология опоздания
Ведет заседание Александр Александрович Малышев
Нарине Липаритовна Вигель (Ростов), Эмилиано Меттини (Москва)
Опоздание как социальный феномен
Анастасия Михайловна Васильева (Тверь)
«Опаздывающая» провинция в столичных журналах второй половины XIX в.: культурные и исторические трансформации
Мария Андреевна Барабанова (Москва)
Опоздавшие к революции (молодежь 1880-х гг.)
Екатерина Алексеевна Новосёлова (Москва)
«Беда в том, что я сопоставляю факты с опозданием...»: о запоздалом осмыслении Революции в романе Ю. В. Трифонова «Исчезновение»
Александр Михайлович Лобин (Ульяновск)
Монументальная память о Великой Отечественной войне и запоздалая «окопная правда» в повести Д. А. Гранина «Наш комбат»
Алина Олеговна Дроздова (Тверь)
Соотношение времени личности и времени социума в поэтике А. Л. Величанского
Жанна Викторовна Николаева (Санкт-Петербург)
Медленная архитектура как задержка глобализации
Отставание в лирике
Ведет заседание Ольга Святославовна Карандашова
Сергей Викторович Денисенко (Санкт-Петербург)
«Я опоздал. Вы вышли за другого». Опоздание в балладно-романсной традиции
Самая Ашрафовна Аллахвердиева (Тверь)
«Поздно, больше в моей груди не живут птицы»: мотив опоздания в турецкой поэзии
Елена Викторовна Сомова (Краснодар)
Опоздавшие родиться: об одном мотиве в отечественной поэзии XXI в.
Илья Алексеевич Александров (Москва)
Герои Юрия Левитанского: несовременные и опаздывающие
Светлана Юрьевна Артемова (Тверь)
«Опоздайка»: принципы номинации в поэзии Г. В. Сапгира
Николай Викторович Куц (Москва)
«На последней пустой электричке доеду, успею...» Опоздание в лирике Б. Б. Рыжего
Олег Иванович Федотов (Москва)
Почему не состоялся экфрасисный резонанс в сюите сонетов Микеланджело, Шостаковича и Вознесенского?
12 апреля
Опоздавший уезд
Маршрут:
Тверь – дер. Верхняя Троица (музей М.И. Калинина) – санаторий «Тетьково» (усадьба Мордухай-Болтовских) – гор. Кашин (обзорная экскурсия, Дмитровский монастырь, Клобуков монастырь, краеведческий музей) – Тверь
В 1904 году скончался близкий друг М.Р. Джеймса, художник Джеймс Макбрайд. После этого писатель старался поддерживать семью покойного. Всю оставшуюся жизнь МРД вел регулярную переписку с Гвендолен Макбрайд и был надежной опорой маленькой дочери Макбрайда, Джейн, которая находилась под его опекой. Он поощрял молодую девушку к чтению, письму и рисованию и иногда в письмах к ней пересказывал волшебные истории, которые недавно открыл для себя. Нижеследующая сказка основана на сочинении, которое МРД обнаружил в сборнике Мейв Стоукс «Индийские сказки», изданном в 1880 году. Сказка включена в письмо от 9 февраля 1917 года, которое заканчивается замечанием, что история должна послужить «уроком для Джейн, которая, в конце концов, очень похожа на более упитанную разновидность бюльбюля». Сказка, конечно, связана с романом "Пять фиалов", который тоже был написан для развлечения Джейн Макбрайд...
Жил-был бюльбюль, и однажды, летая, он увидел дерево, на котором висел маленький плод. Бюльбюль очень обрадовался. Он сказал:
— Я посижу здесь, пока этот плод не созреет, а потом съем его.
Поэтому он покинул свое гнездо и жену и просидел на дереве двенадцать лет, ничего не ел и каждый день говорил:
— Завтра я съем этот плод.
В течение двенадцати лет множество птиц пытались сесть на дерево и хотели свить на нем гнезда, но всякий раз, когда они прилетали, бюльбюль прогонял их, говоря:
— Этот плод нехорош. Не прилетайте сюда.
Однажды прилетела кукушка и спросила:
— Почему ты нас прогоняешь? Почему бы нам тоже не прилететь и не посидеть здесь? Не все дерево принадлежит тебе.
— Ничего страшного, — сказал бюльбюль, — я посижу здесь, а когда этот плод созреет, я его съем.
Кукушка знала, что это хлопковое дерево, но бюльбюль не знал. На хлопковом дереве сначала появляется бутон, который бюльбюль принял за плод, затем появляется цветок; цветок превращается в большой стручок, стручок лопается, и весь хлопок улетает.
Бюльбюль пришел в восторг, когда увидел красивый красный цветок, который все еще считал плодом, и сказал: «Когда плод созреет, он будет просто восхитительным».
Цветок превратился в стручок, и стручок лопнул.
— Что это там такое летает? — спросил бюльбюль. — Плод, должно быть, уже созрел.
Он заглянул в стручок, а тот был пуст: весь хлопок высыпался.
Тогда прилетела кукушка и сказала разгневанному бюльбюлю:
— Вот видишь, если бы ты позволил нам прилететь и посидеть на дереве, тебе досталось бы что-нибудь вкусненькое; но так как ты был эгоистом и никому не позволял делиться с тобой, Бог разгневался и наказал тебя, дав тебе пустой плод.
И кукушка позвала всех других птиц, и они прилетели и стали насмехаться над бюльбюлем. Бюльбюль очень рассердился, и все птицы улетели.
Когда они улетели, бюльбюль сказал дереву:
— Ты плохое дерево. Ты никому не нужно. Ты никому не даешь еды.
Дерево ответило:
— Ты ошибаешься. Бог создал меня таким, какое я есть. Мой цветок отдан на съедение овцам. Из моего хлопка делают подушки и матрасы для людей.
С того дня ни один бюльбюль не приближается к хлопковому дереву.
Работа над переводами неизвестных текстов М.Р. Джеймса давно закончена; они войдут в следующие тома "Странной классики". И в процессе работы найден один большой текст, который не учтен в большинстве библиографий МРД и мне кажется очень важным...
Ромер, Сакс.
Вульфхейм / Сакс Ромер (Майкл Фьюри). Пер. С. Тимофеева; послесл. А. Сорочана. — оПУС М, 2020. — 308 с. (Странная классика)
Роман «Вульфхейм» удивит многих читателей и почитателей Сакса Ромера. В этой книге создатель доктора Фу Манчи предстает мастером «вирда», одаренным мистиком и изысканным стилистом, исследователем готического кошмара и верным учеником мастеров прошлого. Замок Вульфхейм напоминает Горменгаст Мервина Пика и Мальпертюи Жана Рэя, а духовная одиссея героя заинтересует поклонников Элджернона Блэквуда.
Я много лет мечтал об издании этой книги на русском - с тех самых пор, как прочитал роман. Да, я знал, что книгу написал Сакс Ромер. Знал - и не верил. Я тогда еще не читал "Сад слез", "Истории священного Египта" и "Египетские ночи" - и не думал, что Ромер способен на что-то подобное... Надеюсь, что мы увидим и другие книги Сакса Ромера - настоящие книги, скрытые под завалами сенсационных историй о докторе Фу Манчи, Гастоне Максе и прочих. Пусть этими историями наслаждается "публика" - нужно что-то оставить и для ценителей...
Страшные чтения: Статьи и материалы / Ред. А.Ю. Сорочан. — Тверь: ООО «Альфа Пресс», 2025. — 208 с., илл.
Сборник выпущен по итогам первого конференц-феста «Страшные чтения», состоявшегося в Твери 30 октября – 1 ноября 2024 года. Научная конференция и литературные чтения были посвящены теме «Человек и Страх». Анализ антропологии страха основывается на социологических, гносеологических и эстетических установках и строится с учетом разнообразных материалов – от плакатов до сетевых новостей, от литературной классики до auto-fiction.
Содержание
TOC \o "1-2" \u От составителя........................................................................... PAGEREF _Toc191490638 \h 5 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100390031003400390030003600330038000000
Научные чтения
К.С. Поздняков
О, жуткий внутренний мир, или приоткрытая завеса в произведениях Д. Элиот, З. Гиппиус и А. Зарина..................... 9
К.Р. Белозерова
Ужасы прошлого в повестях И. С. Тургенева............................... PAGEREF _Toc191490644 \h 21 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100390031003400390030003600340034000000
Т.В. Белова
«Страшная красота»»А. Наврозова..................................................... PAGEREF _Toc191490646 \h 30 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100390031003400390030003600340036000000
Н.А. Синявский
Эротография фобоса: рассказы Михаила Елизарова.............. PAGEREF _Toc191490648 \h 37 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100390031003400390030003600340038000000
С. Н. Еланская
«Учительский хоррор» в российском кино в структуре социально-культурных трансформаций........... 44
О.К. Борисова
Человек перед лицом непознанного: страх и иллюзии в песнях группы «Король и Шут» PAGEREF _Toc191490653 \h 57 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100390031003400390030003600350033000000
И. А. Сапогов
Скрытый безумец как зловредный персонаж: опыт антропологической герменевтики двух текстов современного non-fiction 67
Е.В. Петренко
Слово «страх» в российских медиатекстах (по материалам центральной и региональной прессы) PAGEREF _Toc191490658 \h 74 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100390031003400390030003600350038000000
С.А. Васильева
Типология страшных сюжетов Э. А. По.......................................... PAGEREF _Toc191490660 \h 83 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100390031003400390030003600360030000000
А. В. Горобий
Сюжеты о привидениях в немецкой литературе: понятийный аспект PAGEREF _Toc191490662 \h 97 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100390031003400390030003600360032000000
А.А. Липинская
«Неподдельный интерес и столь же неподдельное любопытство»: об авторских стратегиях А. Блэквуда............................................................................................................................... PAGEREF _Toc191490664 \h 108 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100390031003400390030003600360034000000
И.Д. Крутов
Опасные враги и страшные друзья на плакатах гражданской войны PAGEREF _Toc191490666 \h 116 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100390031003400390030003600360036000000
А.Ю. Сорочан
Фантастика и хоррор: проблема жанровых дефиниций и творчество Карла Якоби PAGEREF _Toc191490668 \h 128 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100390031003400390030003600360038000000
Литературные чтения
Марина Батасова
Вокруг чудовища....................................................................................... PAGEREF _Toc191490670 \h 143 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100390031003400390030003600370030000000
Барри Пейн
Линда................................................................................................................. PAGEREF _Toc191490672 \h 147 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100390031003400390030003600370032000000
Эдвард Фредерик Бенсон
Храм.................................................................................................................... PAGEREF _Toc191490674 \h 163 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100390031003400390030003600370034000000
Ольга Нек......................................................................................................... PAGEREF _Toc191490675 \h 179 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100390031003400390030003600370035000000
В. М. Дорошевич
В аду................................................................................................................... PAGEREF _Toc191490677 \h 179 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100390031003400390030003600370037000000
Роман Гурский
Призраки (из Фанни Стернс Дэвис)................................................ PAGEREF _Toc191490680 \h 184 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100390031003400390030003600380030000000
Саки (Гектор Хью Монро)
Святой и гоблин......................................................................................... PAGEREF _Toc191490682 \h 185 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100390031003400390030003600380032000000
Карл Якоби
Майв................................................................................................................... PAGEREF _Toc191490684 \h 188 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100390031003400390030003600380034000000
Мистер Дудл из Гамильтона............................................................... PAGEREF _Toc191490685 \h 193 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100390031003400390030003600380035000000
Учитывая сложности с печатными экземплярами, книжка по прошествии некоторого времени будет доступна здесь (пока на странице можно ознакомиться с другими монографиями и сборниками)
Программа обширная. Мой доклад - 4 марта во второй половине дня. Будет ли онлайн-трансляция - не уверен, но если будет, ссылка появится на сайте imli.ru
ИНСТИТУТ МИРОВОЙ ЛИТЕРАТУРЫ ИМ. А.М. ГОРЬКОГО РАН
Международная научная конференция
Фантастическое в литературе и культуре: теория вымышленных пространств
4-6 марта 2025 года
· при финансовой поддержке гранта РНФ № 24-78-10093 «Поэтика пространства: кросскультурные связи русской и зарубежной фантастической литературы», https://rscf.ru/en/project/24-78-10093/
Отдел теории литературы
Научная лаборатория «Rossica: Русская литература в мировом культурном контексте»
(формат смешанный)
П Р О Г Р А М М А
4 марта
10:30
Каминный зал
Открытие конференции
Вступительное слово заместителя директора по научной работе Института мировой литературы им. А.М. Горького РАН Московской Дарьи Сергеевны
Приветственное слово заведующей Научной лабораторией «Rossiсa: Русская литература в мировом культурном контексте» Елены Дмитриевны Гальцовой (ИМЛИ РАН)
1 заседание 11-00 – 13-30 Регламент – 20 минут доклад, 5 минут обсуждение
Ведущие – М.А. Ариас-Вихиль, Е.Н. Ковтун
М.А. Ариас-Вихиль (ИМЛИ РАН)
Почему фантастическое? Французская новая критика о роли фантастического в литературе
Л.И. Сазонова (ИМЛИ РАН)
Carte du Tendre как метафора фантастического пространства: традиция в русской литературе
М.С. Неклюдова (РАНХиГС)
Жанровые признаки «иного пространства» во французской пасторали XVII века
И.Л. Попова (ИМЛИ РАН)
Время — агрегатор фантастических пространств
А.В. Коровин (ИМЛИ РАН)
Границы между мирами в романтической малой прозе (онлайн)
К.А. Чекалов (ИМЛИ РАН)
Комический микромир в романе М. Ренара «Человек среди микробов» (1927-1928)
Е.Н. Ковтун (ИС РАН, РГГУ)
Пространство посмертия: принципы художественного конструирования. Презентация книги: Ковтун Е.Н. Интертекст Мира Посмертия в фантастике XX–XXI вв. М., 2024.
13-55 – 14-30 – кофе-брейк
2 заседание
14-30 – 19-00
Регламент – 20 минут доклад, 5 минут обсуждение
Ведущие – А.Л. Гумерова, М.А. Штейнман
А.Л. Гумерова (ИМЛИ РАН)
Локально-исторический метод Н.П. Анциферова и путешествие в волшебный мир у Дж.Р.Р. Толкина (по «The Cottage of Lost Play» и «Smith of Wootton Major» (исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда, проект № 24-78-10093: «Поэтика пространства: кросскультурные связи русской и зарубежной фантастической литературы», https://rscf.ru/project/24-78-10093/)
В.С. Сергеева (ИМЛИ РАН)
Путешествие в прошлое в отечественной детской фантастической литературе (исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда, проект № 24-78-10093: «Поэтика пространства: кросскультурные связи русской и зарубежной фантастической литературы», https://rscf.ru/project/24-78-10093/)
Г.А. Велигорский (ИМЛИ РАН)
Концепция «потаенного королевства» и ее развитие в британской детской литературе кон. XIX – нач. XX в. (исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда, проект № 24-78-10093: «Поэтика пространства: кросскультурные связи русской и зарубежной фантастической литературы», https://rscf.ru/project/24-78-10093/)
15-45 – 16-00 – кофе-брейк
А.Н. Беларев (ИМЛИ РАН)
«Пустое пространство» в каббале и герменевтике постмодернизма. Новая жизнь одного мистического концепта
А.Ю. Сорочан (ТвГУ)
«Теория Ла Прелло» и топография фантастики
Е.Ю. Козьмина (УрФУ)
Живая механика в «Заброшенной линии» С. Грабинского
Е.Ю. Моисеева (ИМЛИ РАН)
Феноменология предела: формы и функции пространства в современной фантастике (на материале романов П. Матушка «Оникромос» и Я. Дукая «Иные песни»)
17-40-17-50 – кофе-брейк
М.К. Кшондзер (руководитель литературного общества «Арион», Любек, Германия)
Фантастика и реальность в пространстве рассказа Ф.М. Достоевского «Сон смешного человека» (онлайн)
О.С. Наумчик (ННГУ)
Концепция Мира Снов (Тел’аран’риода) в цикле Р. Джордана «Колесо Времени» (онлайн)
М.А. Штейнман (НИУ ВШЭ)
Типология фэнтезийного пространства в трансмедийном нарративе
5 марта
Секция 1
1 заседание
10-00 – 14-15
Регламент: доклад 15 минут (студенческий доклад – 10 минут), обсуждение – после блока докладов
Ведущие – В.Я. Малкина, Е.А. Папкова
Е.А. Папкова (ИМЛИ РАН)
Пространство между мирами в рассказе Вс. Иванова «Сизиф, сын Эола» (1944)
П.М. Куревлева (ИМЛИ РАН)
Пространство будущего через образы Аэлиты из одноименного романа А. Н. Толстого и Фосфорической женщины из «Бани» В.В. Маяковского (онлайн) (исследование выполнено в ИМЛИ РАН за счет гранта Российского научного фонда, проект № 24-78-10093: «Поэтика пространства: кросскультурные связи русской и зарубежной фантастической литературы», https://rscf.ru/project/24-78-10093/)
Е.С. Апалькова (ИМЛИ РАН)
Поэтика художественного пространства в рассказе А.С. Грина «Крысолов» (К 145-летию писателя) (исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда, проект № 24-78-10093: «Поэтика пространства: кросскультурные связи русской и зарубежной фантастической литературы», https://rscf.ru/project/24-78-10093/)
10-45 – 11-00 – обсуждение
Я.Д. Чечнёв (ИМЛИ РАН)
Поэтика пространства нэповской Москвы в рассказах Андрея Соболя 1920-х гг.: ирреальность бытовых деталей (исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда, проект № 24-78-10093: «Поэтика пространства: кросскультурные связи русской и зарубежной фантастической литературы», https://rscf.ru/project/24-78-10093/)
Д.В. Погосян (СПбГУ)
Поэтика волшебных городов: методология исследований
А.Е. Калкаева (ИНИОН РАН)
Где обитают призраки: сверхъестественный Берлин в фольклорных сборниках XIX в. и современном интернет-пространстве
11-40 – 11-50 – обсуждение
11-50 – 12-05 – кофе-брейк
П.О. Новинская (НИУ ВШЭ)
Изображение фантастического пространства в новелле С.Д. Кржижановского «Квадратурин»: интертекстуальный анализ
А.А. Крокошева (НИУ ВШЭ – Нижний Новгород)
Организация и структура фантастического пространства в ранней прозе В.А. Каверина (на примере «Пятого странника» и «Бочки») (онлайн)
А.Ю. Овчаренко, Е.А. Шапринская (ИРЯ РУДН)
Тайна «Страны Гонгури»: реальность фантастического пространства в повести Вивиана Итина
Е.В. Шахматова (ГИТИС)
Театрализация жизни в творчестве Н. Евреинова
12-55 – 13-15 – обсуждение
В.Я. Малкина (РГГУ)
Фантастическое и воображаемое пространство в поэме К. Бальмонта «Мертвые корабли»
Д.А. Аксенова (ИМЛИ РАН)
Явление симультанизма в произведениях В. Хлебникова как способ конструирования четырехмерного мира
А.О. Филимонов (независимый исследователь)
Фантастическое пространство детских воспоминаний в поэзии Владимира Набокова-Сирина (онлайн)
14-00 – 14-15 – обсуждение
14-15 – 14-40 – кофе-брейк
2 заседание
14-40 – 19-00
Ведущие – Т.А. Алпатова, С.Ж. Кенжебаева
Секция, посвященная столетию со дня рождения А.Н. Стругацкого (1925-1991)
Г.П. Настин (МГУ)
Символика вымышленного пространства в повести А.Н. и Б.Н. Стругацких «Трудно быть богом»
А.Е. Розова (ПЕтрГУ)
Пространственная композиция «Повести о дружбе и недружбе» братьев Стругацких
А.С. Афанасьев (КФУ), Р.А. Бакиров (ИРЛИ РАН, КФУ)
«Позитивность» как языковая характеристика русской фантастической прозы XX века (на примере творчества бр. Стругацких и Кира Булычева) (онлайн)
Д.В. Новохатский (независимый исследователь)
Поэтика городского пространства будущего в цикле Кира Булычева «Приключения Алисы» и его экранизациях (онлайн)
15-35 – 15-55 – обсуждение
К.С. Ямщиков (Литературный институт им. А.М. Горького)
Петербургский текст как пространство Игры: «Горожане», Валерий Попов и «ленинградская школа» (онлайн)
С.Ж. Кенжебаева (ИМЛИ РАН)
Онейрическое пространство в повести Ч. Айтматова «Пегий пёс, бегущий краем моря» (исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда, проект No 24-78-10093: «Поэтика пространства: кросскультурные связи русской и зарубежной фантастической литературы», https://rscf.ru/project/24-78-10093/)
О.И. Федотов (МПГУ)
О космическом расширении художественного пространства в «Сонате Солнца» Юрия Линника
О.Н. Косовская (РГГУ)
Концепция цикличности и всеединства в стихотворении Ивана
Жданова «Зима»
16-50 – 17-10 обсуждение
17-10 – 17-30 – кофе-брейк
Н.С. Журавлева (Государственный университет просвещения)
«Великое Кольцо» И. А. Ефремова как достижимый возможный мир
Т.А. Алпатова (Государственный университет просвещения)
Структура пространства в художественном мире «Великого Кристалла» В.П. Крапивина
А.Л. Зекунова (независимый исследователь)
Особенности перехода между мирами в дилогии Ника Перумова и Сергея Лукьяненко «Не время для драконов» – «Не место для людей»
Д.Р. Ахмедшина (ТГУ)
XXI в: моделирование будущего в пространственной картине томской фантастики XX в. (онлайн)
18-30 – 18-50 – обсуждение
Секция 2
1 заседание
10-00 – 13-50
Регламент: доклад 15 минут (студенческий доклад – 10 минут), обсуждение – после блока докладов
Ведущие – А.Н. Губайдуллина, Г.А. Велигорский
А.Н. Губайдуллина (ТГУ)
Вымышленные миры silent books: попытка систематизации
А.А. Суворова (РГПУ им. А.И. Герцена)
Альтернативные вселенные в искусстве аутсайдеров
И.Г. Меркулова (ГАУГН)
Семиотика фантастического пространства в графическом романе ЮНЕСКО
10-45 – 11-00 – обсуждение
М.В. Максаева (НИУ ВШЭ)
Особенности организации пространства сказки в сборнике Джамбаттисты Базиле «Сказка сказок, или Забава для малых детей» (онлайн)
О.В. Разумовская (РУДН)
«Не дом, а игрушечка»: игровой компонент в творческой истории «Замка Отранто» Горацио Уолпола (онлайн)
А.А. Липинская (СпбГЭУ)
«Это было неуютное место». «Пространство мертвых» в готической новеллистике
12-00 - 12-15 – обсуждение
12-15 – 12-30 – кофе-брейк
М.И. Тимошкина (ПетрГУ)
Сновидения как потусторонняя реальность в фантастике первой половины XX века (на примере произведений Г. Майринка и Г.Ф. Лавкрафта) (онлайн)
С.К. Рыбалко (РГГУ)
Интермедиальный персонаж в рассказе Г.Ф. Лавкрафта «Музыка Эриха Цанна» (онлайн)
В.Д. Зарубина (Русская Христианская Гуманитарная академия им. Ф.М. Достоевского)
Дом как пространство сверхъестественного в «Снах в ведьмином доме» Говарда Лавкрафта и «У врат забвения» Кейтлин Кирнан (онлайн)
13-15 – 13-30 – обсуждение
И.И. Башкатова (главный редактор издательства настольных ролевых игр «Рыжий Библиотекарь»)
Сонет в творчестве Г. Ф. Лавкрафта. Презентация перевода книги Г.Ф. Лавкрафта «Грибы с Юггота»
13-50 – 14-30 – кофе-брейк
2 заседание
14-30 – 18-30
Ведущие – В.С. Машошина, В.С. Сергеева
А.Ф. Тукаева (РГХПУ им С.Г. Строганова)
Мир роботов в цикле рассказов Айзека Азимова «Я, робот»: философия и семантика пространства
Г.А. Гумеров (ИИЯ МГПУ)
«I Have No Mouth, and I Must Scream» Х. Эллисона: аллюзии в названиях локаций и анализ их перевода
К.А. Вихрова (СПГХПА им. А.Л.Штиглица)
Игровое пространство симуляционной реальности в романе Филипа К. Дика «Лабиринт смерти» (онлайн)
15-10 – 15-25 обсуждение
И.Н. Ткаченко (независимый исследователь)
Виртуальные игры в научной фантастике
Т.С. Паниотова (ЮФУ)
Фантастические пространства утопии (Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда «Универсальность утопического мышления: гносеологический, антропологический и социокультурный аспекты» No 24-28-00743, https://rscf.ru/project/24-28-00743/)
15-55-16-05 обсуждение
16-05 – 17-20– кофе-брейк
Д.А. Кузьмина (ИФИ РГГУ)
По обе стороны: пространство и граница в романе Х. Хауи «Бункер: Иллюзия» и его экранизации
В.С. Машошина (ИИЯ МГПУ)
Интертекстуальность и модус фантастического в современном американском кинодискурсе (онлайн)
Е.М. Фомина, В.А. Афанасьев (НИУ ВШЭ – Нижний Новгород)
Интермедиальность как способ создания фантастического пространства в сериале «Очень странные дела» (онлайн)
В.В. Рошаль (НИУ ВШЭ)
Конструирование мифологизированного образа провинциального города в фантастическом нарративе на примере телевизионного сериала «Твин Пикс»
17-05-17-25 – обсуждение
А.С. Гусейнов (СФ МГПУ)
«Дом листьев» и Control: влияние романа на создание мистических игровых миров (онлайн)
Ф.С. Жатин (НИУ ВШЭ СПб)
Геймплейные и нарративные особенности пространства в играх жанра «WarioLike»
Е.С. Смыкова (Северо-Западный институт управления)
Правда и вымысел в Советской эпохе компьютерной игры «Atomic heart» (онлайн)
В.В. Новикова (РГГУ)
«Места памяти» в современных видеоиграх: «Atomic Heart»
18-10 – 18-30 – обсуждение
6 марта
Секция 1
1 заседание
10-00 – 14-10
Регламент: доклад 15 минут (студенческий доклад – 10 минут), обсуждение – после блока докладов
Ведущие – Е.А. Сафрон, Д.Ю. Сырысева
Ю.Н. Сытина (Государственный университет просвещения)
Пространственные метаморфозы как смыслообразующий фактор в повести В.Ф. Одоевского «Косморама»
В.Н. Греков (независимый исследователь)
«Мнимое пространство» в фантастике В.Ф. Одоевского (онлайн)
П.С. Громова (ТГУ)
Коммуникативное пространство в русской фантастической повести эпохи романтизма
Стилианос Капатос (Афинский национальный университет имени Каподистрии, Афины, Греция)
Память в русской фантастической литературе ХIХ - ХХ вв. и образ «злодея» (онлайн)
10-00 – 11-20 – обсуждение
С.М. Шаврыгин (Московский финансово-промышленный университет «Синергия»)
Формирование когнитивных пространственных моделей в творчестве М.Е. Салтыкова-Щедрина («История одного города»)
О.А. Алферова (Музей-усадьба Л.Н. Толстого «Ясная Поляна»)
Стихотворение в прозе Л.Н. Толстого «Сон» как фантастическое произведение
К.К. Павлович (ТГУ)
Фантастическая реальность в повести Е.П. Майковой «Мария» (онлайн)
12-05 – 12-20 – обсуждение
12-20 – 12-40 – кофе-брейк
В.В. Сердечная (КубГУ)
«Не пытайтесь покинуть»: фантастическое пространство без выхода в современной отечественной драматургии (онлайн)
Д.Ю. Сырысева (ИМЛИ РАН)
Особенности конструирования пространства в романе О. Птицевой «Там, где цветет полынь» (исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда, проект № 24-78-10093: «Поэтика пространства: кросскультурные связи русской и зарубежной фантастической литературы», https://rscf.ru/project/24-78-10093/)
П.Е. Спиваковский (РГГУ)
Вымышленное пространство как сфера проявления тернарной этики
13-25 – 13-40 – обсуждение
Д.Д. Вагнер (МГУ-ППИ, Шэньчжэнь, Китай)
«Первый отряд. Истина»: оккультные теории и разноуровневая система мотивных оппозиций (онлайн)
П.С. Цветкова (НИУ ВШЭ)
«Хтоническое» как вымышленное пространство: к постановке проблемы
Д.Л. Куликова (ИМЛИ РАН)
Пространство страшного в романе Э. Веркина «Снарк снарк» (онлайн)
Е.А. Сафрон (ПетрГУ)
Пространство Севера русского хоррора: к вопросу о соотношении реального и фантастического (Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда № 24-28-01401, https://rscf.ru/project/24-28-01401/)
14-45 – 15-05 – обсуждение
15-05 – 15-20 – кофе-брейк
2 заседание
15-20 – 17-45
Ведущие – А.С. Борисова, В.С. Сергеева
Г.Н. Ягафарова (Институт истории, языка и литературы Уфимского федерального исследовательского центра РАН)
«Тридевятое царство» в тюркских языках (на материале сказок тюркских народов в сопоставлении с русскими сказками) (онлайн)
Р.Г. Ягафаров (Институт истории, языка и литературы Уфимского федерального исследовательского центра РАН)
Место действия в башкирских сказках (онлайн)
О.Н. Патракова (СПбГУ, БГТУ «ВОЕНМЕХ» им. Д.Ф. Устинова)
Роль фантастического в либретто Э. Скриба к балету «Красавица спящего леса» (онлайн)
16-05 – 16-20 - обсуждение
16-20 – 16-40 – кофе-брейк
А.Б. Старостина (ИВ РАН)
Топография потустороннего в китайском сборнике V в. «Записи о тьме и свете»
Э.В. Васильева (независимый исследователь)
Игровая локация как вариация на тему хронотопа романа ужасов в романах «бесконечного потока»: анализ двух случаев (онлайн)
А.С. Борисова (ИСАА МГУ)
Традиционные образы пространства в современном японском фэнтези
17-25 – 17-45 - обсуждение
Секция 2
1 заседание
10-00 – 13-20
Регламент: доклад 15 минут (студенческий доклад – 10 минут), обсуждение – после блока докладов
Ведущие – А.В. Митрофанова, Т.А. Бешенкова
Т.А. Бешенкова (ИМЛИ РАН)
Хронотоп границы в романе Джона Барта «Последнее путешествие Некоего Морехода»
Н.И. Стеркина (ВГИК)
Фантастическое в реальном. Время и пространство в романе Ричарда Хьюза «Крепкий ветер над Ямайкой» и в его экранизации «Ураган над Ямайкой» (1965)
Е.А. Кондратьева (СПбГУ)
Где находится Урания? Утопическое пространство зрелой прозы Жана Мари Гюстава Леклезио (онлайн)
10-45 – 11-00 – обсуждение
11-00 – 11-15 кофе-брейк
Л.С. Айрапетян (РУДН)
Образ герметичного пространства в рассказе К. Фуэнтеса «Хозяин дома»
И.В. Липчанская (Институт международного образования МПГУ)
Разрушение пространства как метафора уничтожения памяти в фантастической трилогии Ребекки Куанг «Маковые войны»
Ю.П. Хорошевская (Ростовский государственный университет путей сообщения)
Лиминальные пространства в постколониальной научной фантастике (онлайн)
12-00 – 12-15 – обсуждение
Д.И. Марченко (КубГУ)
Воображение как «инструмент» конструирования самоидентичности в романе А. Понизовского «Принц Инкогнито»
А.В. Митрофанова (ИСПИ Федерального научно-исследовательского социологического центра РАН, Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации)
Эвридика спускается в ад: пространство и время в романе Николая Дабижи «Домашнее задание»
А.А. Щукина (МПГУ)
Пространственная организация романа «Страна Чудес без тормозов и Конец Света» Харуки Мураками: анализ двойственной реальности
И.А. Алексеев (Пекинский педагогический университет, Пекин, Китай)
Проблема жанрового определения научно-фантастической поэзии на примере пространственной организации стихотворений Ся Хуна (夏宏) (онлайн)
13-15 – 13-35 – обсуждение
13-35 – 14-15 кофе-брейк
2 заседание
14-15 – 18-15
Ведущие – А.Л. Гумерова, Е.Ю. Лебедева
В.В. Калмыкова (независимый исследователь)
Характеристики пространства как способ верификации вымышленного мира в фэнтези и научной фантастике
Е.А. Стародубцева (Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации)
Язык описания пространства в фантастической литературе: анализ функций пространства и его изображения в романе Уильяма Морриса «Колодец на краю света»
Р.Н. Кушнир (независимый исследователь)
Файф-о-клок у фавна и другие (не)фантастические трапезы: Еда и напитки на стыке пространств Нарнии и Англии (онлайн)
15-00 – 15-15 – обсуждение.
15-15 – 15-40 – кофе-брейк
Л.С. Соколова (ИМЛИ РАН)
Реальное и фантастическое пространства в «Записках клуба “Мнение”» Дж. Р. Р. Толкина
А.С. Косинская (Балтийский федеральный университет им. И. Канта)
Художественное пространство мира faery как аллегория литературного творчества в «Кузнеце из Большого Вуттона» Дж.Р.Р. Толкина» (онлайн)
А.Г. Гасанова (НИУ ВШЭ)
Реальная и вымышленная география в сказках Дж. Р. Р. Толкина
Е.Ю. Лебедева (ИА РАН)
Пространство неявной игры: о соотношении первичного и вторичного мира в поздних несюжетных произведениях Дж.Р.Р. Толкина
16-35 – 16-55 – обсуждение
Е.Н. Бузурнюк (ИМЛИ РАН, РАНХиГС)
Символизм и динамика волшебного пространства замка в романе Дианы Уинн Джонс «Howl’s Moving Castle»
Е.В. Золотухина-Аболина (ЮФУ)
Фантастические пространства «Гарри Поттера»: детская утопия и взрослая ирония (Доклад делается при поддержке гранта Российского научного фонда Универсальность утопического мышления: гносеологический, антропологический и социокультурный аспекты» No 24-28-00743, https://rscf.ru/project/24-28-00743/) (онлайн)
Е.В. Дворниченко (РГУ им. А.Н.Косыгина)
Особенности пространственно-временной организации тетралогии К. Дабо «Сквозь зеркала»
17-55 – 18-10 – обсуждение
Подведение итогов, закрытие конференции
Секция 3 (онлайн)
10-00 – 14-45
Регламент: доклад 15 минут (студенческий доклад – 10 минут), обсуждение после каждого доклада – 5 минут
Ведущие – Е.В. Склизкова, Я.Д. Чечнёв,
М.А. Белей (Балтийский Федеральный Университет имени И. Канта)
Своеобразие художественного пространства и времени в «хронолитической» трилогии романов М. Жери
А.Б. Федотова (ННГУ)
Хронотоп романа воспитания и его трансформация в романе А. Феби «Город мёртвого бога»
Л.В. Дубаков (МГУ-ППИ, Шэньчжэнь, Китай)
Особенности сакральной географии и ономастики в цикле романов Хольма ван Зайчика «Евразийская симфония»
А.А. Мантейфель (РГГУ)
Перекрёсток миров: пространство Пограничья в мистических сериалах Азии
А.С. Меркулова (Уральский федеральный университет им. первого Президента России Б.Н. Ельцина)
Фантастическое пространство в южнокорейских дорамах жанра фэнтези
Е.В. Склизкова (РГУ им. А.Н.Косыгина)
Специфика экзистенциальности пространства сна в фэнтези
Д.Н. Замышляева (РУДН)
Образы замкнутого пространства в трилогии М. Пика «Горменгаст»
12-05 – 12-30 – перерыв
Ведущие – Е.А. Иванова, Я.Д. Чечнёв
К.Ю. Разумахина (РГПУ им. А. И. Герцена)
Организация пространства Страны потерянных вещей в сказочной повести Дж. К. Роулинг «Рождественский поросенок»
К.В. Суркова (независимый исследователь)
Лиминальные пространства в цикле о Земноморье Урсулы Ле Гуин
М.В. Усанова (ЮФУ)
Инструменты создания эффекта правдоподобия вымышленных пространств в фэнтези-трилогии Робин Хобб «Сага о живых кораблях»
Е.А. Иванова (Саратовская государственная консерватория им. Л.В. Собинова)
Особенности фантастического пространства и изменения в его восприятии в трилогии К. Функе «Чернильное сердце»
С.В. Рязанова (Институт гуманитарных исследований Пермского федерального исследовательского центра УрО РАН)
Космология Терри Пратчетта: мир магии как способ сатирического описания реальности
А.В. Кузнецова, И.Х. Хатламаджиян (ЮФУ)
Фантастическое пространство в сатирической повести М.А. Булгакова «Роковые яйца»
Т.В. Тернопол (независимый исследователь)
«…Есть город золотой: урбанистическое пространство Страны Потерь в волшебной сказке Дж. Роулинг «Рождественский Поросенок»
Стендовые доклады:
О.В. Закутняя (Институт космических исследований Российской академии наук)
Космос Александра Беляева
С.А. Калинина (ТвГУ)
Особенности пространственной организации фантастических романов И. А. Ефремова «Туманность Андромеды» и «Час Быка»
В.В. Кириченко (НИУ ВШЭ)
Мировость произведений Бориса Виана
И.М. Соколенко (НИУ ВШЭ)
Одержимость как форма коммуникации человеческого и нечеловеческого в текстах коллективных веб-проектов «SCP Foundation» и «Backrooms»
М.Р. Федорченко (независимый исследователь)
Концепции неевклидовой геометрии и искривления пространства в научной фантастике (от «Космической одиссеи 2001» Артура Кларка до «Интерстеллара»)
Институт мировой литературы им. А.М. Горького РАН, ул. Поварская, д. 25а
(метро «Библиотека им. В.И. Ленина», «Арбатская», «Баррикадная»)
Оргкомитет конференции:
Д.ф.н., зам. директора ИМЛИ им. А.М. Горького РАН по научной работе, зав. отделом рукописей, и.о. зав. отделом теории литературы, главный научный сотрудник ИМЛИ РАН Д.С. Московская
Д.ф.н., ведущий научный сотрудник Архива А.М. Горького ИМЛИ РАН М.А. Ариас-Вихиль
Д.ф.н., главный научный сотрудник отдела литератур Европы и Америки новейшего времени ИМЛИ РАН, заведующая Научной лабораторией “Rossica: русская литература в мировом культурном контексте” Е.Д. Гальцова
К.ф.н., с.н.с. Отдела классических литератур Запада и сравнительного литературоведения, научный сотрудник Научной лаборатории «Rossiсa: Русская литература в мировом культурном контексте» ИМЛИ РАН Г.А. Велигорский (руководитель проекта РНФ № 24-78-10093)
К.ф.н., с.н.с. Отдела теории литературы ИМЛИ РАН А.Л. Гумерова (ответственный исполнитель проекта РНФ № 24-78-10093)
К.ф.н., с.н.с. Отдела теории литературы ИМЛИ им РАН В.С. Сергеева (ответственный исполнитель проекта РНФ № 24-78-10093)
К.ф.н., с.н.с. Научной лаборатории “Rossica: русская литература в мировом культурном контексте” ИМЛИ РАН Я.Д. Чечнёв (ответственный исполнитель проекта РНФ № 24-78-10093)
Это не совсем монография в привычном смысле слова, но и сборником статей книжку назвать трудно. В предисловии я назвал получившееся издание "описанием воображаемой карты" и "научным отчетом о путешествии по границам". В целом - довольно объемное приложение к работе по теории фантастического, которая, наверное, когда-нибудь появится...
Сорочан А. Ю. Границы фантастического: Монография. — Тверь: ООО «Альфа-Пресс», 2025. — 280 с.
Автор исследует проблему границ фантастического на обширном материале, обращаясь к классической и современной литературе. Отдельные фрагменты книги публиковались на протяжении 20 лет, они отражают интерес автора к проблемам исторической поэтики. В работе сделана попытка сформировать представление о топографии фантастического.
Содержание
Предисловие.......................................................................................... 3
Границы времени
«Сказочная» мотивировка в русском историческом романе............................................... 9
Футурология и ретроспекция: «ненастоящее будущее» в фантастических текстах русских исторических романистов 19
Условные формы репрезентации истории в литературе конца XIX века..................................................... 25
Истории взросления: фантастика в журнале «Юность»........................................... 38
Пределы времени: «новые» категории в естественнонаучной и гуманитарной картине мира PAGEREF _Toc185609208 \h 48 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380035003600300039003200300038000000
Границы познания
Хмель, сон и явь: «педагогическая фантастика» середины XIX века..... 59
«Оно» и «Стыд»: романы Салтыкова-Щедрина и русская фантастика рубежа XX-XXI веков.................... 65
Абсурдистская научная фантастика: к истории несуществующего жанра.................................... 78
Репрезентация разума: к проблеме верификации нарратива................................... 90
Границы кошмара
Дискурсы ужасного: к постановке проблемы............ PAGEREF _Toc185609216 \h 109 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380035003600300039003200310036000000
Живые немертвые: несколько замечаний о типологии отношений с мертвецами.......................... 126
Время живых и время мертвых: Дж. К. Бэнгс и Содружество Теней...................................... 136
«Страшный старик»: «третий возраст» в лавкрафтианском хорроре.......... 148
Кошмары в антологическом роде: к построению исторической поэтики weird fiction. 157
Век жанра: антологии серии «Century» и проблема формирования беллетристического канона PAGEREF _Toc185609224 \h 166 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380035003600300039003200320034000000
Границы жанра
«Золотая пыль» фантастики.................................................. PAGEREF _Toc185609226 \h 181 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380035003600300039003200320036000000
Жанровый инвариант................................................................ PAGEREF _Toc185609227 \h 186 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380035003600300039003200320037000000
Толкин в американском каноне фэнтези (Л. Спрэг Де Камп и Лин Картер)......................................... 192
Поджанры и схемы:
меч, колдовство и историческая поэтика...................... PAGEREF _Toc185609230 \h 200 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380035003600300039003200330030000000
Новый канон и Волшебная страна...................................... PAGEREF _Toc185609232 \h 214 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380035003600300039003200330032000000
По ту сторону границ
Открытые Врата: мистические озарения в мемуарной и художественной прозе Артура Мейчена и Элджернона Блэквуда................................................................ 223
Приближение к центру тревоги.......................................... PAGEREF _Toc185609235 \h 238 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380035003600300039003200330035000000
Табу и трансгрессия: английская литература в поисках предела................... 252
Вместо заключения
Фантастика и хоррор: проблема жанровых дефиниций и творчество Карла Якоби... 264
Сведения о первых публикациях......................................... PAGEREF _Toc185609240 \h 276 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380035003600300039003200340030000000
Дэвид Линч (1946 - 2025)
Вечная память великому режиссеру...
Первые два тома подготовлены и сданы, третий редактируется. Один из лучших авторов мистических триллеров впервые будет представлен на русском. Когда это выйдет - я не знаю, но все равно приятно... Пока можно прочитать статью из первого тома (во втором и третьем - статьи, непосредственно посвященные романам "Джека Манна") и познакомиться с удивительным сочинителем
Чарльз Вивиан: маски и миры
Да, большая часть жизни Вивиана — это литературная работа; легко понять, что коммерческий автор не может ограничиваться текстами одного типа; он сочинял и триллеры, и статьи о футболе, и историческую прозу, и хоррор. Многие утверждают, что таким образом литератор не только рационально распоряжается временем, но и защищает свою психику от чрезмерного напряжения. Но даже для литературного многостаночника поведение Вивиана не вполне естественно: люди, которые занимались его делами, понятия не имели, что два (или три, или четыре) раза проделывают одну и ту же работу. Например, предположительно единственный агент писателя Джон Фаркуарсон, который начал сотрудничать с Вивианом в 1920-х годах и способствовал переходу от сравнительно мало оплачиваемых фэнтезийных приключеческих текстов к более прибыльным и популярным криминальным историям — так вот, Фаркуарсон понятия не имел, что его клиент продает морские истории и оккультные триллеры под псевдонимом «Джек Манн» с помощью совершенно другого агента. Вероятнее всего, Фаркуарсон даже не знал настоящего имени своего клиента. Что уж говорить о читателях и позднейших исследователях?
Благодаря усилиям Питера Бересфорда Эллиса (любителям хоррора он больше известен под псевдонимом «Питер Тримейн») и Джека Адриана мы можем восстановить некоторые детали биографии Вивиана — пусть и предположительно. Чарльз Генри Каннелл родился в Лоддене, Норфолк, 19 октября 1882 года; его отец был зажиточным фермером. В возрасте 18 лет Каннелл поступил на службу в армию и официально сменил имя, став Ивлином Чарльзом Генри Вивианом. Он служил в Южной Африке во время бурской войны, до 1902 года. Позднее, во время первой мировой, Вивиан поступил в армейский медицинский корпус. В начале ХХ века он работал репортером в «Дейли телеграф», с 1907 года начал публиковать художественную прозу под именем «Чарльз Вивиан». Первые фантастические рассказы появились в художественном журнале «Colour» и в специализированном авиационном издании «Flying» (Виван редактировал этот журнал после ухода из «Телеграф»); тогда Виван предпочитал псевдоним «А.К. Уолтон». Позднее Вивиан редактировал три палп-журнала: «The Novel Magazine» (1918-1922), «Hutchinson's Adventure-Story Magazine» (1922-1925; там были опубликованы три романа писателя) и «Hutchinson's Mystery-Story Magazine» (1923-1925). В 1913 году Вивиан женился на Мэрион Кристмас Харви; у них родилась дочь. Чтобы содержать семью, Вивиан брался за различные коммерческие проекты для английских издателей. Умер он 21 мая 1947 года.
Многие утверждают, что Чарльз Генри Каннелл стал И.Ч. Вивианом (первый роман, «Тень Кристины», подписан «Ивлин Ч. Г. Вивиан»), чтобы скрыться от своего прошлого. Ему это так и не удалось (возможно ли это вообще?), хотя он потратил на попытки 40 лет. Разумеется, в книгах можно искать подробности биографии автора. Как правило, читателям удается найти в тексте проявление творческой индивидуальности, даже если текст совершенно бездарный (к Вивиану это, впрочем, не относится). В популярных романах и рассказах писатель использовал имена друзей, эпизоды из своего прошлого, воспоминания и описания мест, связанных с детством и взрослой жизнью, но излагал биографические подробности настолько тонко и завуалировано, что использовать эти сведения для реконструкции решительно невозможно. Все это казалось одной бесконечной и по большому счету безуспешной попыткой отделаться от воспоминаний — недаром последний роман Вивиана назывался «Тщетное бегство».
В некотором смысле это «бегство» от собственного прошлого наиболее ощутимо проявляется в фантастических книгах Вивиана, по большей части посвященных авантюристам, покидающим «нормальный мир» (цивилизацию) ради погони за идеалом (возможно, за утопией, на которую намекает какой-нибудь старый и заплесневелый манускрипт, или просто за утраченным сокровищем). И все же в непроходимых джунглях Южной Америки, неизведанных районах Тихого океана и обширных пустынях Северной Африки и Азии идеал редко удается найти. Героев ждут опасности, ужас и смерть. Вивиан определенно не отличался сентиментальностью (как и его предшественник Хаггард): если сюжет требовал смерти одного из ключевых персонажей — даже главного героя, — герой или героиня умирали. Многие из популярных романов Вивиана (с 1907 до начала 1930-х годов он написал более 20) заканчиваются смертью, и большая часть детективных произведений выражает ощущение обреченности и уныния. И все же, какими бы мрачными ни были фантазии Вивиана, они в то же время полны идей, красок и динамики.
Карьеру Вивиана в жанре фэнтези можно разделить на несколько этапов. Во время Великой войны он писал странные и фантастические рассказы, в основном для «Colour» (глянцевого журнала об изобразительном искусстве) и «Flying» (авиационного еженедельника, который он выпускал под эгидой владельцев политического издания «Land and Water»). Даже ранние рассказы Вивиана были явно необычными и нисколько не походили на обычные избитые истории о домах с привидениями и мстительных мертвецах. «Фрагмент» («Colour»; декабрь 1916) на самом деле состоит из нескольких фрагментов из дневника человека, который был заключен в тюрьму неизвестными существами. Эти фрагменты разрознены и расположены не по порядку. Казнят ли автора дневника? Спасется ли он? Безумны ли его похитители? Что вообще происходит? Это тревожная история — и тревога усиливается из-за невнятных и уклончивых авторских объяснений.
«Смех и запах» («Colour»; август 1916) — это еще одно, и превосходное, описание чего-то неуловимого. Коттедж в Норфолке наполняет запах — диких роз? гиацинтов? обитатели дома не могут решить — и появляется что-то «серое... овальное и жирное», и слышится смех, который смехом быть не может. К концу истории все персонажи умирают. Объяснений нет — только чувство скрытого беспокойства.
Начало эпохи аэронавтики в 1917 году замедлило развитие фантазии Вивиана: в тот момент он был слишком занят созданием 14 статей «Пионеры воздуха»; позже статьи вошли в книгу «История аэронавтики». Но когда серия была закончена, Вивиан сразу же опубликовал в газете странный рассказ, который не имел никакого отношения к воздушным полетам, разве что к полетам между измерениями. «Множественный куб» («Flying», 13 июня 1917) представляет нечто вроде философского размышления о путешествиях в четвертом измерении, хотя первоначально они осуществляются с помощью физических средств (куб, который не является кубом или, возможно, точнее, нечто большее, чем куб). В конце рассказа главный герой не возвращается из какого-то странного путешествия, в которое он отправился — почти так же, как уэллсовский путешественник во времени исчез из поля зрения своих спутников. Влияние Герберта Уэллса имело в тот момент решающее значение для Вивиана и пронизывало его творчество. Широта взглядов и фантазии Уэллса импонировали журналисту и прекрасно сочетались с его собственными представлениями. Вивиан (как всегда, двусмысленно) воздал должное классику, изобразив в нескольких поздних рассказах авантюриста по имени Хьюберт Уэллс.
Объем, отведенный для художественной литературы в журнале аэронавтики, был невелик (отчасти из-за нехватки бумаги); поэтому рассказы Вивиана порой были просто набросками. Тем не менее, ему удалось раскрыть ряд тем и сюжетных линий, которые он позже творчески развил. «В пустыне» (2 октября 1918, автор А.К. Уолтон) — устрашающе атмосферная история о летчике, который совершает аварийную посадку в североафриканской пустыне и обнаруживает среди дюн затерянный храм, посвященный древним богам. «Другой мир» (Полет», 10 октября 1917) — это уникальная история авиаторов, столкнувшихся в верхних слоях атмосферы с чем-то вроде движущейся «черной дыры» со щупальцами внутри. Еще более странным, в своем роде, является «Уходящий» (29 января 1918) — на первый взгляд, описание неизвестного самолета, преследуемого, но неуловимого, который вечно движется вперед, сквозь ночь и рассвет, все дальше на юг, все дальше и дальше, пока он не исчезает в синеве. Неизвестное и совершенно необъяснимое — вот что делает историю по-настоящему жуткой.
Многие эпизоды литературной карьеры Вивиана до сих пор не получили удовлетворительного объяснения. Около 1920 года он, несомненно, редактировал «The Novel Magazine», но, как ни странно (по крайней мере, так кажется), не печатался в постоянной и довольно популярной рубрике журнала «Сверхъестественные истории». В 1922 году Уолтер Хатчинсон уговорил Вивиана заняться редактированием новых литературных журналов. Среди прочего Вивиан более двух лет выпускал названные выше журналы приключенческих и детективных историй. При ограниченном бюджете (о скупости Хатчинсона ходили легенды) редактор использовал большое количество материалов, уже опубликованных в США (в основном из «Adventure и Weird Tales»), но также заполнял много места в изданиях своими сочинениями под различными псевдонимами: Вивиан, А. К. Уолтон (в основном «странные истории»), Гэлбрейт Николсон (исторические и приключенческие повести) и Сидни Барри Линд (ковбойские истории и рассказы о южных морях; позже под этим псевдонимом он публиковал вестерны в издательстве «Ward & Lock»).
В этот двухлетний период сверхъестественные и фэнтезийные тексты, которые создавал Вивиан для изданий Хатчинсона, были чрезвычайно разнообразны. Некоторые из рассказов, опубликованных Вивиан, восходят к наброскам А. К. Уолтона; некоторые рассказы Вивиана были положены в основу сочинений Уолтона. Рассказ «Множественный куб» был расширен и опубликован под названием «Почему бы и нет?» («Mystery-Story», май 1924, автор Уолтон), но эта версия не имела успеха, поскольку Вивиан придал истории ироничный характер в ущерб первоначальной странности. Для сравнения, превращение «В пустыне» Уолтона в «Древнее зло» Вивиана («Mystery-Story», ноябрь 1923) выполнено великолепно: теперь это рассказ о Хьюберте Уэллсе, напряжение усилилось, атмосфера ужасного безвременья в храме приобрела необычайную отчетливость. Другие идеи также были воплощены превосходно: в «Сверхъестественной силе» («Mystery-Story», апрель 1924) девушка может видеть эмоции в виде цветного ореола вокруг головы; «машина уничтожения» изображена в «Доме среди сосен» («Sovereign Magazine», октябрь 1924); в «Человеке с ящиком» («Mystery-Story», июнь 1924, автор Уолтон) главный герой, судя по всему, подчиняет себе атомную энергию; в «Созидателе разума» («Adventure-Story», ноябрь 1924) заметны отголоски «Острова доктора Моро», хотя изобретение Вивиана — 50-футовый гибрид тюленя, плезиозавра и бронтозавра, с пронзительным человеческим голосом, и невообразимо свирепый — кажется поразительной фантасмагорией.
Но изначально Вивиан использовал журналы для публикации своих романов. Все три знаменитых приключенческих истории, которые впервые выдвинули его имя на передний план поджанра фантазий о затерянных расах, появились в журнале приключений Хатчинсона с 1922 по 1924 год, и все были изданы отдельными книгами вскоре после журнальных публикаций. «Город чудес» — эффектная смесь тем, символов и изобретений, связанных с исчезнувшей расой: поиски, начатые из-за борьбы за наследство; группа британских искателей приключений, встречающих дикарей, вооруженных отравленными стрелами; чудесная мощеная дорога тысячелетней давности, обнаруженная глубоко в сердце джунглей Борнео; множество гигантских приматов под командованием красивой женщины, охраняющих затерянный город Кир-Аса, которым правит безумный король; город — последний форпост Атлантиды; междоусобная война; свержение правящей касты. Сюжет «Полей сна» не менее увлекателен, на этот раз речь идет о поисках человека, который исчез в дебрях Азии, где находится сказочная долина, населенная потомками халдеев. История могла бы показаться обычной, если бы Вивиан не придумал оригинальный сюжетный ход: наркотический цветок, аромат которого вызывает не только экстатические видения, но и лишает дара речи и парализует. Таким образом, человек, который длительное время соприкасался с этим наркотиком, никогда не сможет покинуть долину и будет существовать (почти в буквальном смысле) как лотофаги. Когда наводнение уничтожает «поля сна», обитатели долины погибают. Вивиан проявил некоторую небрежность, напечатав через несколько лет короткий рассказ под названием «Изумруды Атауальпы» («Chambers Journal», 1 марта 1924): наркотические поля и большая часть событий перенесены в затерянную долину в Южной Америке; мощное землетрясение уничтожает как растения, так и одурманенных наркотиками узников долины.
Если первые две истории Вивиана о затерянных расах были во многом основаны на опыте Райдера Хаггарда, то третий роман, «Люди тьмы» (продолжение «Полей сна»), скорее восходит к творчеству Уэллса, особенно к классическому рассказу «Страна слепых». В версии Вивиана изображена древняя раса незрячих людей. В «Звездной пыли» сюжетная линия несколько банальнее; герой-человеконенавистник Леонард Феррерс стремится дестабилизировать мировые правительства, наводняя рынки синтетическим золотом. Однако, смешивая жанры, Вивиан описывает машину, которая управляет погодой; Феррерс в какой-то момент обрушивает на Суррей поднятый им шторм. В последней из своих ранних фантазий Вивиан вернулся к теме затерянной расы: роман «Повелительница террас» основан на сюжете рассказа «Долина террас» («Adventure-Story», июнь 1924); история продолжается в романе «Жил-был король». Действие книг разворачивается в обширной долине, расположенной в глубине южноамериканских джунглей, и, хотя благородная трагедия в духе Хаггарда (смерть одного из героев, Колвина Барра, «странника по земле», в рукопашной схватке с главным злодеем) достигает кульминации в первом романе, обе книги написаны под влиянием создателя Квотермейна, а также замечательного, но ныне, к сожалению, забытого романиста, постоянного автора журнала «Адвенчер», Артура О. Фрила (особенно классических романов «Тигриная река» и «Король ничейной земли»).
Три романа о «затерянных мирах» несколько раз переиздавались и приобрели культовую популярность в узких кругах поклонников жанра. К сожалению, малая проза Вивиана так и осталась несобранной; Джек Адриан подготовил сборник «странных рассказов» еще двадцать лет назад, но так и не нашел издателя. Столь же печально сложилась и судьба других фантастико-приключенческих романов писателя. Действие трех следующих произведений вновь разворачивалось на Востоке. В «Запретной двери» рассказывалось о жестокой и коварной Флер Делаж, женщине, обладающей мистическими знаниями и силой. «История Флер» развивает этот сюжет, а затем внезапно обрывается благодаря самому простому из фантастических приемов — героиня совершает самоубийство, используя экзотический яд. Иосия Дринкуотер появляется в обеих книгах и занимает центральное место в гораздо более значительном романе «Владычица», масштабном произведении о затерянных землях с отголосками Одиссеи (сюжет о Цирцее и свиньях): мужчины, одурманенные наркотиками, становятся рабами женщин.
Последние восемь романов Манна посвящены похождениям Грегори Георга Гордона Грина, или «Ги», — на первый взгляд, он напоминает простоватого детектива, который по ходу дела попадает в самые причудливые ситуации. Его дебют, «Первое дело Ги», — история о заговоре Советов и саботаже в Британии 1930-х годов; никаких фантастических и мистических элементов в книге нет; один из поздних романов «Дело Кляйнера» тоже нельзя назвать фантастическим. Однако именно «реалистические» романы позволяют читателям понять характер Ги, обстановку, в которой происходит действие, причины специфического отношения к антропологии и истории и т.д. Все остальные книги — настоящие «странные истории», в которых выделяются повторяющиеся темы и мотивы: возрождение высших существ, или «богов» (как добрых, так и злых), благодаря вере; сила человеческой мысли, влияющая на людей или события; могущество истинной магии; продление жизни людей, наделенных магическими силами (не на несколько лет, а на несколько тысяч лет); реинкарнация; центральная идея о том, что древнейшие люди, «люди кремня», поклонялись свирепым богам, приносили им человеческие жертвы и (важный момент) «сами были свирепы».
Многие идеи, которые Вивиан использовал в книгах Манна, как мы покажем в следующем томе, были основаны на тогдашних антропологических знаниях, большая часть которых в настоящее время признана безнадежно неточной. Другие идеи позаимствованы у Уэллса (особенно из короткого рассказа о пещерном человеке «Ужасный народ», который сейчас кажется немного смешным) и Артура Мейчена; для пущей убедительности, поскольку Вивиан был католиком, своеобразно интерпретированы теории из «Золотой ветви» Дж. Фрэзера, слегка безумные измышления Джеймса Черчворда («Затерянный континент Му») и теории Е.П. Блаватской.
Тем не менее, из этого причудливого сочетания различных концепций Вивиан создал несколько выдающихся мистических тенях. В «Серых тенях» вы столкнетесь с ликантропией, на «Ферме кошмаров» вас ждут элементали, безумие, самоубийства и убийства, а также демонстрация холодного авторского расчета (Манн в какой-то момент одобрительно цитирует неназванную книгу, написанную несколько лет назад и посвященную затерянному городу Кир-Аса — конечно, это «Город чудес» И. Чарльза Вивиана); в «Создателе теней» — раздвоение личности, «Элевсинские мистерии», расовая память, «вампиры, высасывающие души»; в «Девятой жизни» — красивая, юная, но на самом деле 5000-летняя женщина, служащая древнеегипетскому богу-льву… И это еще не конец… Мнения критиков об этих книгах расходятся; Э.Ф. Блейлер считает лучшими второй, третий и четвертый романы, Джек Адриан полагает, что последние книги — самые мрачные, апокалиптические — в наибольшее мере раскрывают своеобразие замысла Вивиана. Впрочем, вы сможете принять собственное решение — в наше собрание включены все восемь романов о приключениях Ги, а также лучшие книги Вивиана о затерянных мирах.
…Возможно, Чарльз Генри Каннелл не стал великим писателем — и сомнительно, что он когда-нибудь займет место в истории мировой литературы. Но книги не всегда пишутся для этого. История, вечность, классика… Какая, в сущности, разница? Эти книги и сегодня могут напугать, заставляют задуматься, вызывают интерес и сопереживание. Романы Вивиана/Манна, сколь бы развлекательными и поверхностными они ни казались, отражают совершенно особое отношение к оккультизму в эпоху между мировыми войнами — и предчувствие грядущей катастрофы. Под множеством масок скрывается великое множество миров — и они позволяют читателю увидеть и понять его собственный мир.
Том Монтелеоне - мой друг, и поэтому мне трудно сохранять полную объективность, когда речь заходит о его творчестве. Мы знакомы с тех пор, когда я жил в Балтиморе, и я следил за его писательской карьерой с самого начала. Кажется, наши первые разговоры были связаны с тем, что я отказался читать его неопубликованную рукопись. В этом не было ничего личного. Просто я не читаю неопубликованные рукописи. В любом случае, в моих советах не было необходимости, поскольку вскоре он начал продавать свои рассказы. Позже я встречался с ним то тут, то там, но по—настоящему хорошо узнал Тома лишь после того, как он поступил в аспирантуру; он готовился к получению степени магистра по английскому языку и писал диссертацию, посвященную — прежде всего – моим собственным сочинениям. Том связался со мной и описал свой проект, и я согласился сотрудничать.
Несколько дней подряд мы сидели в моем кабинете на третьем этаже на Юниверсити-Паркуэй с включенным магнитофоном и большим кофейником. В то время я был поражен тем, как он добывал нужную ему информацию, и тем, как выстраивал интервью. А его сын Дэймон играл с моим сыном Дэвином, и мы с Томом узнали друг друга лучше. К моменту окончания проекта мы уже стали друзьями. После этого мы часто виделись, и мне было приятно знать, что его рассказы продаются все чаще, а еще приятнее было видеть, что он не довольствовался несколькими рецептами, когда талант привел его к успеху. Я радовался тогда и радуюсь теперь, что он продолжал изучать обстоятельства жизни и тонкости повествования, стремясь к художественному совершенству. И это больше всего радует меня в сборнике рассказов Тома.
Каждая история здесь отличается своим подходом, своими акцентами — и две из них совершенно особенные. Автор сам рассказывает вам о каждом произведении — как он решил написать историю, что он пытался сделать, — избавляя критически настроенных читателей от необходимости строить догадки на сей счет, оставляя только вопросы, насколько хорошо он использовал выбранные материалы и преуспел ли в том, что пытался сделать. Первый и последний рассказы — “Звездное море спокойно сегодня вечером” и “Путешествие в ночном поезде” - особенно интересны тем, что в них упоминаются конкретные литературные предтечи, а именно Лорен Эйсли и Харлан Эллисон. Несколько лет назад Роберт Лоуэлл опубликовал замечательный поэтический сборник под названием "Подражания". Все тексты в книге были основаны на творчестве ряда европейских поэтов. Но это были не переводы. Стихотворения больше походили на джазовые вариации, и Лоуэлл, по его словам, старался передать интонацию других авторов. Я чувствую, что Том преуспел в своих попытках в этом направлении, что он в рассказах уловил тон Эйсли и Эллисона. И я считаю: нужно быть очень хорошим писателем, чтобы добиться подобного эффекта и в то же время создать оригинальное произведение.
“Курандейро” - это хорошо сделанный рассказ, а “Как раз вовремя” мне было приятно читать - писатель на каком-то этапе своей карьеры непременно должен обратиться к юмористическим произведениям. Умение создать юмористический текст, на мой взгляд, свидетельствует о развитии повествовательного таланта. Две истории, одна из которых демонстрирует технические способности автора, а вторая – его верность Комусу, - удачно отобраны для данного сборника. Я говорю так, поскольку рассматриваю книгу как дорожную карту с указателем маршрута, по которому двигался Том в своем писательском развитии, и как сжатое описание многих вещей, которые, как я полагаю, он сделает в ближайшие годы. Подробнее об этом чуть позже.
В рассказе “Там, где все песни печальны” умелое использование фона и понимание истинного смысла этого фона придают произведению настоящую силу; но, что более важно, рассказ демонстрирует показывает чувство традиции, ту необходимую фазу исторической перспективы, которая помогает писателю подняться над собственным участком пространственно-временного континуума, позволяет находить контрасты и сходства, оценивать действия и события с точки зрения широкого диапазона времени и пространства.
"Камера-обскура" также включена в это особенно представительное собрание, потому что писателю необходимо порой задумываться о самом творческом акте, а также о разочарованиях, жизненных трудностях, которые могут возникнуть при попытке передать свое видение, о противостоянии жизни и смерти или искусства и жизни/смерти. Главное - знать, что решение может оказаться исключительно важным и цена его будет очень высокой. Эта история показалась мне размышлением писателя, преданного своему делу.
«Мистер Магистр» вдвойне интересен в техническом смысле, поскольку работа в другой форме требует понимания других правил и ограничений. Но, что еще важнее, особенно в драматическом роде, часто возникает очень полезная обратная связь. В коротком рассказе или романе автор, конечно, может рассказать читателю все, что пожелает; в пьесе все только показано, а не рассказано. Эти приемы во многом могут быть очень эффективными в художественной прозе — например, когда о том, что происходит в голове персонажа, можно судить только по тому, что этот персонаж делает или не делает, или когда драматические приемы используются в структурных целях. Я не только прочитал пьесу, я хорошо знаю о сильнейшей любви Тома к театру. Форма "Мистера магистра" (в драматической версии), как мне кажется, важнее содержания, поскольку она указывает направление, в котором Том уже начал двигаться в обычном прозаическом повествовании.
И последнее, о чем мне нужно сказать – "Танец в темноте". Я считаю, что это самое сильное произведение, созданное Томом до сих пор. Историю можно отнести и к научной фантастике, и к фэнтези — впрочем, определение не имеет значения, поскольку наибольшее впечатление производит не то, что сказано, а то, что подразумевается. Я чувствую, что «Танец в темноте» демонстрирует влияние тех миметических эффектов, которые Том заимствовал из драматургии: разбивка на сцены, использование действия как индикатора внутренних состояний и идей. Я думаю, именно «Танец в темноте» служит предвестием тех замечательных произведений, которые будут созданы на волшебной пишущей машинке Тома в ближайшие годы.
Мне нравятся работы Тома. Я думаю, что ему свойственны глубина и широта видения, которые будут становиться все заметнее с течением времени и с увеличением количества его произведений. Том хорошо знает, как пользоваться инструментами своего ремесла, и сейчас он зашел слишком далеко и не может довольствоваться тем, что его лично не устраивает. Восходящая кривая становится все круче…
Как я признался в начале, мне трудно быть объективным в оценке творчества друга. Если я и склонен к похвалам, то лишь потому, что могу писать подобное только о человеке, чьи работы нравятся лично мне. Том, я полагаю, обрел свой голос. Вы слышите, как голос приобретает новые тональности в “Камере обскуре” и в “Танце”. Он будет совершенствоваться и дальше. Следите за ним.
***
И немного лирики от автора блога:
К сожалению, я (по многим причинам) больше не занимаюсь научно-популярным проектом "Забытые классики weird fiction". И вообще блог обновляется гораздо реже, чем хотелось бы. Но замечательные тексты еще ждут заинтересованных и благодарных читателей... Удачи в поисках!
Любителям weird fiction и просто хорошей литературы - новых открытий, вдохновения, мира и добра в 2025-м году! Хороших книг, интересных встреч, умных и понимающих собеседников! И всего, чего не хватало в уходящем году!
В 1980-х Рональд Четвинд-Хейс создал большой цикл произведений о замке Клэверинг Грейндж. Романы, повести и рассказы о призраках старинного дома публиковались отдельно и в составе сборников. Впрочем, к этим сюжетам писатель возвращался и в дальнейшем. Один из поздних рассказов, продолжающих историю древних замков, вошел в посмертный сборник Frights and Fancies. История явно недоработанная, но и в этом черновике Четвинд-Хейс остается самим собой: ироничным "принцем ужасов".«Высший свет»
«Высший свет» был совсем не так велик, как другие дворцы, но недостаток размеров компенсировался весьма основательной репутацией.
В доме обитали очень дурные призраки – впрочем, позвольте мне разъяснить это выражение. Моя двоюродная бабушка Элизабет утверждала, что дом «населен очень дурными призраками», а она знала, о чем говорила – она давно привыкла беседовать с духами и клялась на фамильной Библии, что духи ей отвечали.
Наверное, мне надо объяснить поподробнее. Мой дедушка Эдвард был генерал-майором Индийской армии. Он вышел в отставку в шестьдесят шесть, и признательная страна одарила его «милостью и благосклонностью» в виде апартаментов во дворце «Высший свет». Отставка ему не слишком понравилась; полгода спустя его личный штандарт был приспущен, и сэр Эдвард Синклер скончался. Леди Синклер как будто не сильно переживала вечную разлуку с мужем, и казалось маловероятным, что он присоединился к когорте призраков. С моей точки зрения ничего удивительного тут не было.
Видите ли, я не верю в призраков. Даже после шести месяцев жизни в замке (каникулы по болезни) я никак не мог поверить, что призрачный палец укажет на меня. А потом это случилось. Подушку вытащили прямо у меня из-под головы.
Мне было немногим больше пятнадцати, и я спокойно относился к самым необычным происшествиям, но…
Я включил прикроватный светильник и внимательно осмотрелся по сторонам. Подушка лежала на коврике у постели. Вместо энергичной подушки у меня под головой оказался валик.
Я наклонился к коврику и поднял подушку. Вернув ее на положенное место, я погасил свет. Пять минут спустя я проснулся окончательно. Подушка опять оказалась на коврике у кровати! Очевидно, настало время испугаться, страх вскорости сменился настоящим ужасом. Стоило мне закричать, как в комнату ворвалась бабушка.
- Подушка скачет? – спросила она.
Я молча кивнул, будучи уверен, что время для разговоров еще настанет.
Вскоре я рассказал о происшествии матери. Мне потребовалось минут пять, чтобы собраться с силами. Бабушка объяснила, что к чему.
- Как и все старинные дома, «Высший свет» сохранил ауру некоторых людей, которые жили и умерли здесь в прошлом – даже в очень далеком прошлом.
- Зачем они утащили мою подушку? – спросил я.
- Мы можем только предположить, что некая персона хочет привлечь к себе внимание.
- Зачем?
Бабушка Элизабет, казалось, удивилась моей тупости.
- А зачем ты стараешься привлекать внимание? Так они пытаются с тобой заговорить.
Ситуация становилась все более запутанной, и моя мать делу явно не помогла.
- Есть некоторые вещи, которые мы не обсуждаем. Мы только молимся, чтобы они исчезли.
- Почему?
- Потому что знание не принесет нам добра.
- Почему…
- Странные вещи, которые творятся ночью – дела Божьи.
Похоже, Всемогущий занимался очень странными вещами. У того, кто занят движением Вселенной, вряд ли найдется время для таскания подушек. Но кто я такой, чтобы обсуждать Его намерения? В итоге я вернулся в постель, но только после того, как вопросительно посмотрел на бабушку Элизабет.
- Поспи без подушки – только сегодня. До тех пор, пока он к тебе не привыкнет, - сказала она.
- Кто?
- Лорд Джордж Бэнфилд. Когда-то он был королевским постельничим. Работа не слишком веселая, поскольку нога у короля была тяжелая. Язва, понимаешь ли.
- Почему…
- Ложись спать и не беспокойся о том, что Бэнстер попытается схватить валик. По слухам, этим валиком кто-то пытался его придушить.
Я долго прохаживался по залитой луной комнате и мечтал о том, чтобы никогда больше не возвращаться во дворец. Приключения с подушкой подействовали на меня. Но этим дело не ограничилось: за стеной стучало колесо прялки.
Звук стал отчетливее, когда я приблизился к ванной. Низкий жужжащий звук… Не знаю, как могло колесо прялки издавать подобный звук – но именно это колесо могло… И вообще я не был уверен, что призрачное колесо способно издавать звуки.
Но одна деталь меня немного успокаивала: до сих пор я не видел никаких призраков. Украденная подушка… стучащее колесо… Ну и что? Я вернулся в постель и спокойно проспал остаток ночи.
После завтрака я отыскал бабушку Элизабет. Она играла в шахматы сама с собой. Точнее, перед ней была доска, на которой стояли белые фигуры – а на другой стороне никаких фигур не оказалось. Бабушка улыбнулась – широко или, точнее, выражаясь, светло. Ее похвала и одобрение явно не соответствовали величине моих заслуг.
- Мой храбрый, милый внучок. Совсем не такой, как эти трусливые старухи. Будь хорошим мальчиком и подбрось дров в огонь.
Я усмехнулся, подошел к изысканному камину и подложил два больших полена. Потом я поднял голову и посмотрел в зеркало, чтобы проверить, не осталось ли на лице следов сажи.
Следы у меня на лице были. Как и на лице другого человека. Я часто видел его: портрет висел у двери в мою ванную. Лорд Джордж Бэнфилд. Королевский постельничий.
Знаете что? Я не останавливался, пока не добежал до ворот. И что занятно – я видел лорда Джорджа только в зеркале. Больше нигде я его не видел.
И Бог даст, никогда не увижу.
Если кто-то из читателей сможет помочь с приобретением сборника Четвинда-Хейса Shudders and Shivers (https://www.isfdb.org/cgi-bin/pl.cgi?30309) - буду ОЧЕНЬ признателен. В моей коллекции - один из немногих пробелов
Четвинд-Хейс периода творческой зрелости… Я очень люблю ранние сборники The Unbidden, The Elemental и более поздний Fantastic World of Kamtellar, но все-таки книга 1978 года (заглавный рассказ публикуется далее) кажется мне самой удачной – циничный юмор и своеобразные решения традиционных сюжетов представлены здесь в полной мере; сам писатель сказал о сборнике: "Думаю, это самое лучшее". Книга довольно мало известна в силу необычной истории публикации – Четвинд-Хейс предложил издательству У. Кимбера рассказы, которые ранее нигде не публиковались; книга вышла ограниченным тиражом, только некоторые произведения позднее включались в антологии.
Демон
в колыбели
Его привезли с крестин – со всем почтением, которое полагается первенцу, – уложили в кроватку с голубым покрывальцем, а затем посмотрели на него нежными, любящими глазами.
– Ну разве он не прелесть?! - воскликнула молодая мать; ее тщательно продуманные планы не заводить семью до тридцати лет почему-то пошли прахом. – Разве он не идеален?!
– Да, с ним все в порядке, - самодовольно сказал молодой отец. – Я видал и похуже.
Молодая мать с игривым возмущением шлепнула супруга по щеке.
– Послушать только! А кто не спал всю прошлую ночь, потому что он чихнул один раз? Совсем маленький, крошечный чих…
– Я боялся, что он не даст мне уснуть.
Молодая мать наклонилась и поплотнее подоткнула голубое одеяльце, укутывая миниатюрного Адама Пола Тома О'Мэлли Джонса, затем погладила его почти безволосую голову.
– Посмотри на его глаза! Я тебя спрашиваю, видел ты когда-нибудь что-то подобное? Он выглядит таким сообразительным, что можно поклясться – он точно знает, о чем я говорю. Да, он знает. Маленький пупсик знает, о чем говорит мамочка. Да, он знает.
-
Это маловероятно, - заметил отец, демонстрируя раздражающее здравомыслие. - В
конце концов, ему всего шесть недель от роду.
- Только ты так думаешь, всезнайка. Любой, если он не слеп, увидит, что малыш совершенно исключительный.
Молодой отец склонил голову набок и с задумчивым интересом оглядел своего сына и наследника.
- Возможно, ты права, - согласился он. - Он мне нравится…
Адам Пол Том О'Мэлли Джонс – Он принял имя, которое дали Ему эти существа - пристально посмотрел на приемных родителей, но не потрудился забраться им в мозги. Он уже там побывал. Какие бы знания они ни хранили, эти знания принадлежали ему со второго дня после появления на свет его плоти и крови. Он осознал, что оба существа - и женского, и мужского пола - важны для его благополучия в период становления, а позже он сможет поглотить их и избавиться от оболочек. А пока он должен слушать, наблюдать, пополнять растущий багаж знаний и, самое главное, приспосабливать плоть и кровь к своим особым потребностям.
Он уже начал работать над крошечным мозгом. Под давлением его воли мельчайшие клеточки пробуждались, пульсировали, оживали и, в свою очередь, посылали потоки команд по всем нервным окончаниям тела. Через несколько недель голосовые связки будут полностью активны, глаза смогут видеть как на дальнем, так и на близком расстоянии, уши - слышать все, что происходит вдали.
Другие представители его вида поднялись с низших уровней и обрели плоть и кровь, но они всегда оказывались полностью зрелыми существами. В результате мозг не справлялся с внезапным притоком энергии, или сердце не могло совладать с изменением структуры тела, и результат непременно оказывался катастрофическим. Но он был на первом уровне. И скоро он сможет в полной мере удовлетворить все плотские аппетиты.
Есть... пить... и...
***
Мэвис Турлоу было семнадцать лет, у нее было здоровое тело, красивое личико и примитивный разум. Она жила в мире, состоящем из кругов и квадратов. Джонсы, например, были квадратными, иначе с чего у них зеленые обои и коллекция пластинок Бинга Кросби? Мэвис их немного жалела. Мэвис, конечно, была явно круглой. Ей нравились некрасивые мальчики, музыка в стиле нон-стоп, прогулки без лифчика, горшки с цветочками и работа, требующая минимальных усилий для получения наилучшего результата. Работа няни, казалось, соответствовала этим условиям.
Она сидела в самом удобном кресле Джонсов, бесцельно пялясь в их цветной телевизор (звук был выключен) и прихлебывая чай из чашки, в то время как тарелка с бутербродами с ветчиной стояла неподалеку, на удобном столике, в ожидании момента, когда Мэвис захочет удовлетворить аппетит. Младенец – единственное существо, за которым Мэвис могла следить со всеми удобствами, - лежал в своей кроватке, которую перенесли в гостиную, чтобы Мэвис не пришлось подниматься по лестнице.
Без сомнения, это был круглый ребенок. Он не кричал, не требовал сменить пеленки, не настаивал на том, чтобы его укачивали, обнимали, и не проявлял никаких других недостатков, свойственных квадратным детям. С другой стороны, он не кукарекал, не булькал, не дрыгал ножками вверх-вниз и не швырял погремушку об пол, а потому заслуживал особого прозвища «Странный ребенок».
Когда Мэвис съела сэндвичи из "Джонса", она решила, что, возможно, стоит хотя бы мельком взглянуть на подопечного. Мэвис встала, неторопливо пересекла комнату и заглянула в кроватку. Для новорожденного этот выглядел вполне прилично. Мэвис была в том возрасте, когда ценят посев, но не испытывают особого восторга от уборки урожая. Существо лежало на спине, широко раскрыв глаза; ни один мускул не дрогнул, ни один палец не шевельнулся. На мгновение Мэвис подумала, что существо умерло.
- Эй! - она осторожно дотронулась до маленького плоского живота. - С тобой все в порядке?
Голова ребенка резко повернулась, пара темных и странно блестящих глаз уставилась на нее, затем губы приоткрылись, и малыш загримасничал. Но эту гримасу ни при каких обстоятельствах нельзя было назвать улыбкой. Нет – скорее ужасная, плотоядная ухмылка, обнажавшая ряд розовых десен, из которых торчали один или два крошечных зуба. Нельзя было также сказать, что лицо выражало детскую доброжелательность. Мэвис слишком часто видела такое выражение раньше. Только прежде оно появлялось на лицах джентльменов средних лет, которые возомнили себя юношами.
- О Боже мой! – воскликнула Мэвис и ретировалась в свое кресло со скоростью Красной шапочки, заметившей особенно зубастого волка.
Через некоторое время она собрала весь свой скудный запас здравомыслия и пришла к выводу, что вела себя как полная идиотка. В конце концов, маленькому чудиле не больше полутора лет, и даже если он был круглее, чем красный апельсин, в таком возрасте он просто не мог взбеситься. Бросив один или два тревожных взгляда на кроватку, Мэвис порылась в своей большой сумке и достала книгу "Секс и как им наслаждаться", которая в течение следующих десяти минут стала для нее развлечением и поучением.
Затем Мэвис зевнула, потянулась и уже собиралась встать и переключить телевизор на другой канал, когда ее скучающий взгляд упал на детскую кроватку. Малыш сидел и смотрел на нее.
Правда, он больше не улыбался. Нет, это был холодный, расчетливый взгляд; маленькие темные глазки блестели в желтом лунном свете, как льдинки, а крошечные пальчики на розовых ручонках сжимались и разжимались, цепляясь за смятую простыню. Мэвис издала странный звук, когда маленькое существо свесило пухлые ножки с края кроватки, а затем легко соскользнуло на пол. Малыш подбежал к ней. Он не полз, не переваливался с ноги на ногу, да и не бежал на самом деле - просто двигался вперед ужасной трусцой.
Существо достигло ног Мэвис, которые она приподняла, инстинктивно пытаясь оттолкнуться; получилось нечто вроде пандуса, за который смогли ухватиться маленькие ручки и на который поднялись ноги; и само существо взобралось наверх – оно елозило и извивалось; лицо хмурилось от сосредоточенных усилий, крошечная шея кривилась словно перекрученная гармоника, издававшая негромкие, скрипучие звуки.
Вскоре Малыш оказался на коленях у Мэвис, где, достигнув возвышения, немедленно занялся исследованиями. Крошечная лапка с ямочками разорвала зеленую рубашку, и пуговицы из красного стекла разлетелись по комнате и упали на ковер, словно градины кровавого оттенка. Ошеломленная Мэвис отказалась от идеалов Движения за освобождение женщин, когда рубашка была расстегнута и Малыш обратил внимание на то, что скрывалось под рубашкой. Только когда безвольную руку Мэвис сжало стальной хваткой, а мизинец едва не вывихнули, парализованное тело вновь обрело способность двигаться.
Мэвис очень громко закричала и одним движением отшвырнула от себя ухмыляющегося младенца. Казалось, он подпрыгнул на ковре, перевернулся, а затем плавно и аккуратно поднялся на ноги. Круглое лицо превратилось в маску неприкрытой, жгучей ненависти, а рот, похожий на бутон розы, приоткрылся, когда резкий, почти каркающий голос произнес:
– Ты, чертова сука! Ты у меня еще попляшешь.
Именно тогда Мэвис вспомнила, что ноги не только служат украшением, но и могут принести пользу: она вскочила со стула и бросилась к двери еще быстрее, чем в том памятном случае, когда жилец ее матери объявил о своих намерениях в гостиной. Конечно, у нее возникли проблемы с дверной ручкой, и она потеряла несколько футов необходимой форы, но вскоре донесшийся сзади тихий торжествующий возглас заставил Мэвис совершить рекордный рывок, как только дверь соизволила открыться. Быстрый топот преследователя раздавался уже на расстоянии вытянутой руки от ее обтянутых нейлоном икр – и тут Мэвис увидела открытую дверь столовой. Ужас настолько сильно подействовал на разум Мэвис, что она оказалась внутри комнаты и захлопнула дверь еще до того, как младенец-преследователь успел изменить направление движения.
Ключа в замке не было, но Мэвис с успехом воспользовалась двумя стульями, а также тяжелым книжным шкафом, который в обычной ситуации она бы не смогла сдвинуть с места.
Звуки, доносившиеся из-за забаррикадированной двери, отнюдь не обнадеживали. Пинки, удары кулаками, царапанье вперемежку с воплями бессильной ярости – Мэвис ответила на это лишь испуганным хныканьем, и она вполне могла бы дойти до крайности и свалиться в обморок, если бы звук поворачиваемого ключа в замке входной двери не принес ей спасительную надежду. Существо мгновенно прекратило колотить в дверь, и в доме на время воцарилась чудесная благословенная тишина. Мэвис опустилась на пол и громко заплакала.
Молодые родители объединенными усилиями в конце концов разрушили баррикаду, и голоса, в которых слышались одновременно гнев и тревога, заставили Мэвис перейти к объяснениям.
- Ребенок! - воскликнула она. - Он может ходить и говорить.
- Ну вот, - сказала молодая мать, - разве я не говорила, что он исключительный? Ему пятнадцать месяцев, три недели, два дня и пять часов, и он уже может ходить и говорить.
– Он определенно подает надежды, - согласился молодой отец. - Но это не объясняет, почему наш сын стался совсем один, в то время как глупая девчонка заперлась в столовой.
- На самом деле все не так…
Встревоженная мать пристально посмотрела на плачущую Мэвис.
- Мы ждем объяснений.
– Он выбрался из своей колыбели... делал со мной ужасные вещи... ругался на меня... потом погнался за мной по коридору... и я не осмелилась выйти. – Мэвис с умоляющим видом обернулась к молодому отцу, который не мог не обратить внимания на ее расстегнутую рубашку. - Я знаю, он хотел сделать что-то совершенно ужасное.
На некоторое время воцарилось потрясенное молчание, затем молодая мать высказала свое мнение:
– Наркотики! Она принимала какие-то жуткие таблетки. Я думаю, это очень-очень плохо. Дэвид, винить нужно только тебя - ты не навел более тщательные справки о ее прошлом.
Молодой отец уставился на супругу с видом оскорбленного достоинства.
- Дорис, ну правда, это заходит слишком далеко. Откуда мне было знать, что девушка принимает наркотики? Она выглядела нормально.
Гнев на время заставил ужас отступить, и Мэвис громко заявила о своей невиновности.
– Это кого ты называешь наркоманкой? Я никогда не притрагивалась к этой дряни, и я натравлю на тебя отца, если ты скажешь, что такое делал. Говорю тебе, это существо напало на меня. Оно может скакать, как чертова борзая. Это чудовище!
Молодая мать напоминала оскорбленного производителя, товар которого бесстыдно оклеветали.
– Как ты смеешь! Мой малыш – самый милый, самый замечательный ребенок на свете. Не стой столбом, Дэвид, скажи что-нибудь.
Молодой отец решил проявить благоразумие. Он гордился своей дипломатичностью.
- Итак, теперь, Мэвис, вот что нам нужно сделать. Ты пойдешь со мной - с нами - в гостиную и внимательно посмотришь на нашего сына...
– Только не на твоего...
– Посмотришь на нашего сына, а потом спросишь себя, может ли он быть таким, каким ты его себе представляешь. Ясно?
Мэвис ненадолго призадумалась.
- Ты будешь стоять впереди меня?
- Если настаиваешь, то да.
Мэвис кивнула и вытерла последнюю слезинку.
- Хорошо. Потом ты сам все увидишь и услышишь.
Они прошли в гостиную и приблизились к детской кроватке. Любящие родители посмотрели на свое творение. Мэвис обернулась к своему потенциальному насильнику.
- Ну что, маленький спиногрыз, ты гнался за мной в столовую или нет?
Малыш поднял на нее свои невинные голубые глазки, улыбнулся милой, ангельской улыбкой и произнес:
– Буль-буль-буль... Буль-буль... Буль-буль...
- О, он умеет говорить! - простодушно воскликнула молодая мать.
– Он учится, - признался молодой отец. Малыш решил порадовать их.
– Ма..мма.... Ма…мма...
На мгновение показалось, что у молодой матери вот-вот начнется припадок. Она сжала кулаки, зашаталась, ахнула, чуть не задохнулась, но затем сумела выразить радость в нескольких словах.
– Дэвид, ты слышал? Он назвал меня... мамой!
– Да, конечно, прозвучало очень похоже, - согласился молодой отец.
– Что ты можешь сказать в свое оправдание? - спросила молодая мать у Мэвис.
- Он тебя разыгрывает. Говорю вам, он злой. Когда он вырастет, он станет сексуальным маньяком или кем-то в этом роде.
Малыш произнес: "Буль... буль..." – с самым умилительным видом.
- Я бы нисколько не удивилась, - продолжала Мэвис, не обращая внимания на гневный возглас молодой матери, - если он будет подчинять себе людей и заставит их вытворять ужасные вещи, как в фильме "Ужас снизу".
Детский смех сменился стонами восторга.
Все это было слишком тяжело для молодой матери; она не выдержала, и мужу пришлось отвести ее на диван, делая все возможное, чтобы утешить ее с помощью нежных слов и ржаного виски. Мэвис, смутно понимавшая, что квадратные мозги - неподходящее место для круглых истин, уже собиралась объяснить, что имела в виду и как следовало это сказать. Но тут ее внимание привлек ребенок. Он приподнял маленькую головку и прошептал тихо, но разборчиво:
– Подожди, пока я немного подрасту. Я приду за тобой, и тогда...
Звуки перешли в ужасный булькающий смешок, который возбудил и без того разгоряченное воображение и вызвал подозрение, что Малыш не из тех, кто дает пустые обещания. Не дожидаясь, когда стихнет шум, Мэвис бросилась к двери и не останавливалась, пока не оказалась в безопасности, дома; там она смогла поведать о своих приключениях крайне недоверчивой матери.
Молодые родители после внезапного ухода Мэвис некоторое время хранили молчание, а потом молодой отец сказал:
– Полагаю, ты права, дорогая. Без сомнения, это наркотики.
– Мать никто не обманет, - самодовольно заметила его жена. - Но больше мы никогда не должны доверять наше сокровище незнакомому человеку.
– Наверное, нет, - задумчиво произнес молодой отец. – Жаль, но нам нужно иногда уходить из дома.
Внезапно молодая мать выпрямилась – на лице у нее появилось такое же выражение как у Ньютона, который внезапно понял, почему с дерева упало яблоко.
- Моя юная племянница! Воспитывалась в монастыре, никогда в жизни не встречалась с мальчиками и ни разу не приняла даже таблетки аспирина. Давай пригласим ее. Она может провести у нас лето.
Ее муж попытался выразить подходящий к случаю энтузиазм.
– Да, неплохая идея. Весьма недурно. Она очень добрая. Любит детей. Но двигается не очень быстро.
– Она ничего не может с этим поделать, дорогой, - заметила молодая мать. – Психиатр объяснил, что у нее психический блок, который не позволяет бегать.
- Но она проиграет, даже если за ней погонится улитка.
- Ничего страшного, все, что ей нужно будет делать, это сидеть рядом с малышом и присматривать за ним.
Молодой отец сдался. Этим всегда все кончалось. Он встал и направился к телефону.
- Я подарю ее маме кольцо.
Глаза младенца в кроватке сверкали, как раскаленные угли, когда он сжимал погремушку пальцами левой руки.
Благодарю литературного душеприказчика писателя Стивена Джонса, который любезно дал разрешение на электронную публикацию моих переводов.
И теперь на очереди - один из поздних рассказов писателя....
Страшный рассказ замечательного писателя из его первого сборника "Unbidden" (1971). Пока я не подготовил в электронном виде очередной сборник Четвинда-Хейса (хотя собирался это сделать к 105-летнему юбилею писателя), но несколько рассказов планирую здесь разместить. Подходящее святочное чтение...
«Дружок»
Они арендовали дом на девяносто девять лет, и Ричард, который никогда не мог удержаться от ироничных замечаний, сказал: «Это, наверное, поможет нам сэкономить». Полина по привычке рассмеялась, продолжая мысленно перечислять всё, что еще предстояло сделать и купить.
Дом был солидный, ранней викторианской эпохи; он мог простоять значительно больше девяноста девяти лет, но, очевидно, давно умершие строители, обустраивая большую кухню с каменным полом, думали о маленьком фермерском коттедже. Пять остальных комнат были непримечательными и при включенном электрическом свете казались попросту унылыми, и Полин с тоской подумала о ярких обоях, лампах с абажурами и коврах подходящей расцветки.
– Нелегко представить, что во время строительства дома вокруг была открытая местность, - сказал Ричард, когда они выглянули из окна комнаты, которую вскоре назовут гостиной. – Вместо всех этих домов, фабрик и прочего – поля, леса и, возможно, одна проселочная дорога.
– Сейчас все выглядит довольно мрачно, – призналась Полина, - и от сада почти ничего не осталось. Нам нужно купить настоящие плотные шторы. Такие, сквозь которые ничего не видно.
Следующие несколько недель были заняты до предела. Дом покрасили, оклеили стены обоями, постелили ковры, расставили мебель. Но в конце концов Харрингтоны переехали.
– Знаешь что? - заметила Полина. - По-моему, мы не нравимся этому дому.
– Что? – Ричард посмотрел на нее поверх очков.
- Я серьезно. - Она откинулась на спинку стула и задумчиво уставилась на искусственный камин. - Он напоминает мне старого холостяка, которому нравится жить в одиночестве. Мы здесь незваные гости.
- Чепуха! - снисходительно улыбнулся Ричард. - Старый дом должен нас благодарить. Мы сделали ему косметический ремонт, разогрели все внутри, вернули к жизни. Агент сказал, что в течение многих лет здесь был какой-то склад.
Комната для гостей, та, что справа от лестничной площадки, вызывала у Полины наибольшее беспокойство. С самого начала она не поддавалась никаким изменениям. Обои просто не держались на стенах. Через первые несколько дней они вздувались, а потом, если их не подклеивали, опадали и лежали на полу, как скомканные грязные простыни. Электрическое освещение не работало, красивый ковер с красными цветочками неприятно сморщился, на свежевыкрашенном потолке появились трещины, а окно внезапно заклинило и оно перестало открываться. Но Ричард, конечно, только смеялся.
- Сырость, - объяснил он. – Никак с ней не справиться в этих старых домах.
– Но на стенах нет пятен… - запротестовала Полина.
– Все равно тут сыро. Мы устроим здесь кладовку для хранения разных деревяшек. Нужно же где-то держать ящики и все прочее.
Так что, по крайней мере, в одной комнате дом сохранил прежние порядки, и никто не нарушал покоя, только Полина хмурилась каждый раз, когда проходила мимо закрытой двери, и старалась не думать о темном помещении с голыми стенами и полом, на котором теперь не было ковра. И вот однажды ночью она услышала звук.
Сначала она подумала, что щенка каким-то необъяснимым образом заперли в комнате. Послышалось отчетливое тихое поскуливание, долгий протяжный вой, судорожный всхлип. Полина подошла к двери, опустив голову, руки у нее дрожали; она подавила желание постучать по дереву и вместо этого прошептала:
- Тут кто-нибудь есть?
Скулеж прекратился, и после долгой паузы послышались другие звуки: скрип кроватных пружин, лязг цепи, затем сдавленный крик. Полина повернулась и побежала вниз по лестнице; вскоре Ричард нашел ее, съежившуюся на диване.
Он тщательно обыскал комнату, передвинул шкафы, простучал половицы, но не обнаружил никаких признаков недавнего пребывания в ней посторонних. Он попытался успокоить жену разговорами о водопроводных трубах, но Полина не поддалась на уговоры и принялась изучать «Далтонс уикли».
Три недели спустя она сидела перед своим туалетным столиком; было слышно, как Ричард ходил внизу; на подоконник сел белый голубь. Внезапно на лестничной площадке, сразу за полуоткрытой дверью, раздался голос:
– Ты, чертова дура, женщина, он сбежал.
Громкий, хриплый голос человека, мужество и терпение которого достигли предела – но после того как раздался этот голос, больше не было слышно ни звука. Ни шагов, ни вздохов — ничего. Затем Ричард вышел из столовой и позвал жену, поднимаясь по лестнице.
- Сколько ты еще там пробудешь? Сеанс начинается в семь.
Полина хотела рассказать ему, поделиться своими страхами, но с ужасающей уверенностью осознала, что муж не станет ее слушать. На лестничной площадке, конечно, никого не было, и если бы она набралась смелости открыть дверь в комнату для гостей, там тоже оказалось бы пусто. В холле Ричард посмотрел на нее с некоторым беспокойством.
– Ты такая бледная… Как ты себя чувствуешь?
Полина только кивнула, не решаясь заговорить, и они пошли смотреть кино.
…Кульминация наступила два дня спустя.
- Я уеду всего на три дня. - Ричард нахмурился; он с трудом сдерживал раздражение. - Черт возьми, это так много значит для нас! Если я смогу выполнить заказ, мое дело в шляпе.
- Но ты оставляешь меня одну в этом доме на три дня! – Полина понимала, что, с точки зрения мужа, она ведет себя неразумно, что ему нужно уехать… Но страх и логика несовместимы.
– Ты же здесь одна целыми днями, за три ночи с тобой ничего страшного не случится. Ты не сможешь найти кого-нибудь, кто мог бы тебя навестить?
- Я же никого не знаю. Мы здесь недавно. Никого…
– О, черт возьми! - Ричард рухнул в кресло, и его лицо исказила гримаса. - Я так волновался… думал, ты обрадуешься. Это отличная возможность. Старик мог выбрать любого из дюжины других парней.
- Да, я рада за тебя. - Полина опустилась перед ним на колени и прижалась к Ричарду. - Я рада, правда… Конечно, тебе нужно ехать. Не беспокойся обо мне. Я просто веду себя глупо. Меня беспокоила мысль о том, что мы расстаемся. Как только я привыкну к этой мысли, со мной все будет в порядке.
- Уверена? – Конечно, стоило солгать, чтобы увидеть, как прояснилось его лицо, исчезла хмурая гримаса, появилась улыбка. И Полина заставила себя продолжать, она жизнерадостно заговорила о его перспективах, даже сумела — на какое-то время - забыть тот голос на лестничной площадке.
На следующее утро она собрала дорожную сумку мужа, почистила его новый элегантный костюм и с бесстыдной развязностью поцеловала его на пороге.
- С тобой точно все будет в порядке? – Этот вопрос требовал только одного ответа.
Полина энергично кивнула:
– Конечно. Не нуди, будто настырная старушенция.
- Хорошо. – Убедить Ричарда было очень легко; но все-таки он оглянулся в сторону ворот и спросил: - Почему бы тебе не завести собаку?
Полина обдумывала это предложение, пока мыла посуду; когда с уборкой в спальне было покончено, решение стало окончательным. Возможно, собака – то, что ей нужно.
В зоомагазине могли предложить только щенков, и, хотя все они выглядели очень мило, но казалось, что малыши сами нуждались в защите. Поэтому Полина отправилась в приют для собак в Баттерси.
Полин и не подозревала, что в мире так много брошенных собак; казалось, тысячи животных требовали свободы и новых хозяев. Собаки лаяли, выли, рычали и ползали — выбор был неограниченным. В конце концов она выбрала существо сомнительного происхождения, но претендовавшее на звание жесткошерстного терьера; пес сидел в клетке с печальным и удрученным видом. Он посмотрел на Полину, и его хвост чуть заметно шевельнулся; когда она улыбнулась, он пришел в восторг; хвост повернулся от четырнадцати до двенадцати раз, пес заплясал от радости, и ей ничего не оставалось, как кивнуть владельцу.
– Он откликается на имя «Руфус», - сказал мужчина. – А его прежние хозяева эмигрировали в Канаду.
Полина была счастлива со своим псом; его постоянная активность, во многом разрушительного свойства, занимала ее постоянно, и времени на раздумья не оставалось. Когда наступил вечер, пес плюхнулся в только что купленную корзинку и заснул, и даже это неожиданное бездействие успокаивало. Полина сидела у окна и радовалась, замечая выражение совершенного довольства на морде спящего животного.
Но по мере того, как сгущались тени, потребность в общении с людьми становилась все острее, поэтому она раздвинула плотные шторы и выглянула на улицу. Мостовая была залита желтым светом, смесью фонарных огней и последних лучей заходящего солнца, пробивавшихся из-за высоких крыш. В окнах некоторых домов напротив теперь горели лампы, и Полина время от времени замечала незнакомых людей, теперь появлявшихся в интимной обстановке своих домов. Одна женщина подошла к окну, выглянула наружу, увидела, что Полина задумчиво смотрит вверх, и быстро задернула шторы. Какой-то мужчина медленно подошел к форточке, закурил сигарету, его взгляд, очевидно, был направлен на смутно различимый силуэт Полины. Женщина покраснела и отвела взгляд; когда она снова поспешно взглянула вверх, за окном все погрузилось в темноту.
Руфус всхлипнул, затем сел. Полина тихонько позвала его, и он послушно завилял хвостом, затем выбрался из своей корзины и подошел к открытой двери. Пес стоял там пугающе долго, его хвост вытянулся, а тело напряглось, потом Руфус выглянул в коридор.
Занавески постепенно закрывались; все дома запирали на ночь; улица опустела, на ней остались только те, кто спешил уйти. Сверху, с лестницы, послышалось рычание Руфуса, затем пес разразился сердитым лаем, усиливая страх, который налетел со всех сторон и заключил Полину в свои холодные объятия.
Она встала со стула и медленно, шаг за шагом, подкралась к двери. Лай участился, смешался с грубым рычанием, и она позвала собаку, сначала тихо, а затем громким голосом, полным страха и злости. Руфус помчался вниз по лестнице, шерсть у него на загривке стояла дыбом, зубы оскалены. Полина попыталась погладить пса по голове, но он съежился, прокрался к входной двери и остановился, не сводя с лестничной площадки горящих глаз.
Полина поднялась по лестнице; непостижимое влечение было сильнее страха. "Я должна узнать" было сильнее "не могу", пусть даже каждая ступенька казалась подобной горе. И тут Руфус внезапно взвыл — и в этом звуке выразилось безграничное отчаяние.
Полина стояла на лестничной площадке, не решаясь подойти к двери гостевой комнаты, когда с нижней площадки лестницы донесся чистый женский голос с деревенским акцентом.
- Джордж, тебя зовет хозяин. Они его взяли.
Из спальни Ричарда и Полины послышались шаги, потом они раздались на лестничной площадке, за спиной женщины – как будто кто-то спускался по лестнице. Полина упала в обморок.
❖
Полина так и не узнала, сколько она пролежала без сознания на лестничной площадке; постепенно она пришла в себя и поняла, что день прошел.
Полина с трудом поднялась на ноги, затем, спотыкаясь, начала спускаться по лестнице, издала вздох облегчения, когда увидела на ковре в прихожей полосу лунного света; но вздох сменился криком отчаяния, когда она заметила окоченевшего Руфуса, который лежал на коврике у входной двери. Полина быстро повернулась и вошла в гостиную.
Она нажала на кнопку выключателя, и лампа на потолке неохотно зажглась; тусклый оранжевый свет, подчеркивавший сгустившуюся темноту, проделал крошечную брешь в огромном скоплении теней: только через освещенное луной окно проникал в комнату настоящий свет. Кресло с прямой спинкой и мягкими подлокотниками мало чем отличалось от сиденья в театральной ложе, и Полина направилась к нему. За окном слышался стук лошадиных копыт по неровной дороге, хруст колес с железными ободьями по гравию, топот ног, а на заднем плане - вздохи разгулявшегося ветра.
Полина присела на краешек кресла и почти прижалась носом к окну. Открывшаяся за окном картина была ужасающей, невероятной, но в то же время невыносимо прекрасной.
Дома исчезли; мостовая превратилась в извилистую тропинку, которая тянулась на многие мили по открытой местности. Прямо перед окном виднелся небольшой огород, заросший сорняками, кочаны капусты поднимали свои круглые головы над жесткой травой. Вдоль дороги торчал низкий покосившийся забор из штакетника, калитка висела под странным углом на одной петле; садовая дорожка была вымощена красным кирпичом, между трещинами росла трава.
Внезапно в поле зрения Полины появилась женщина; она пришла со стороны входной двери: плотная седоволосая особа в длинном черном платье и туфлях на высоких каблуках. Женщина бежала к воротам и экипажу, стоявшему на дорожке.
Полина вскрикнула, затем зажала рот сжатыми кулаками. Группа мужчин вытаскивала кого-то - или что-то - из кареты; длинная цепь крепилась к кольцам, вделанным в толстый кожаный ремень, который был частью сбруи, обвязанной вокруг массивного торса. Луна заливала окрестности холодным ясным светом, но сопротивляющаяся фигура была скрыта в глубокой тени, и виднелись только блестящая стальная цепь и черные ремни.
Высокий худой мужчина, одетый в длинный черный плащ, скрывавший тело от шеи до лодыжек, руководил всей операцией. Он взмахнул хлыстом для верховой езды и, когда один из мужчин споткнулся, сильно ударил его по спине. Экипаж тряхнуло, испуганных лошадей с трудом удержал лысый парень, вцепившийся в поводья, но вскоре упирающееся существо вытащили на лунный свет.
Полина уже не могла кричать, она перенеслась туда, где не осталось место для обычного страха; она пропиталась ужасом и окаменела; только глаза еще двигались и передавали информацию скованному разуму.
Существо походило на какую-то чудовищную лягушку. Оно было не очень высокое, примерно пять футов шесть дюймов, но широкое, всего три фута шесть дюймов в плечах, с гротескным животом, который выпирал, как надутая шина, и короткими кривыми ногами, неестественно изогнутыми в коленях. Словно в качестве издевательской компенсации за этот недостаток, руки у существа были длинные, кошмарно длинные. Когда оно выпрямилось настолько, насколько позволяли деформированные ноги, руки коснулись земли, а когда возбужденные люди натянули цепь, тварь, орудуя руками словно передними лапами, скакнула по тропинке. Теперь стало видно лицо. Плоская голова была покрыта редкими рыжими волосами, которые также росли отдельными прядями на щеках с синими прожилками и на скошенном подбородке. Лоб покрывали глубокие морщины, черные глаза запали и почти скрылись за большими выступающими бровями; уши выдавались вперед, будто миниатюрные крылья.
Мужчины снова навалились, существо прыгнуло вперед еще на несколько футов; только тогда Полина поняла… Они притащили чудовище в ее дом; они втянули его вверх по лестнице и заперли в комнате для гостей. Полина соскользнула со стула и прижалась к стене, уши пытались дополнить то, что не могли поведать плотно закрытые глаза.
В холле послышались шаркающие шаги, и резкие голоса мужчин, задыхающихся, ругающихся, не могли заглушить ужасный поросячий визг, который время от времени переходил в громкий рев. Спокойный, низкий голос перекрыл общий шум.
- Осторожнее, Симмондс. Держись подальше. Если эти руки до тебя дотянутся, твоя шея сломается, как прутик.
Затем раздался женский голос — тот же, что звал с нижней площадки лестницы:
– Вам лучше опять найти ему дружка, хозяин, или он снова сорвется. Сейчас полнолуние.
Хрюканье, ругательства, визг раздались уже за стеной гостиной, и мужчина рассмеялся низким, протяжным смехом.
— Как-нибудь, где-нибудь - я найду еще одного.
Полин старалась не обращать внимания на бешеный стук сердца, она задерживала дыхание до тех пор, пока не начала задыхаться, а ноги ковыляли вверх по лестнице. Затем раздался крик, который почти сразу же оборвался, сменившись дружным воплем ужаса. Но протяжный голос выражал только раздражение:
- Я наказал ему держаться подальше. Держите его здесь, глупцы... держите его...
Сердце Полины забилось быстрее, дыхание перехватило, затем на нее обрушилась лавина тьмы, и на какое-то время воцарилось милосердное забытье.
❖
- Тебе не следует оставаться в этом доме одному, - возражал доктор.
- Моя жена все еще здесь, - настаивал Ричард. - Я чувствую ее присутствие.
- Не говори ерунды, приятель. Твоя жена мертва - несколько горстей пепла вокруг розового куста. Не хочу показаться грубым, но если ты не возьмешь себя в руки, то закончишь свои дни в психушке. Я внятно выражаюсь?
Ричард кивнул, задумчиво глядя в окно гостиной.
- Неужели ты не можешь понять, что она боялась оставаться в этом доме, но я просто не хотел ее слушать? Страх убил ее. Я знаю, коронер решил, что смерть наступила в результате сердечной недостаточности, но ее убил страх.
- Возможно, - неохотно согласился доктор. - У собаки случился припадок, затем заработало воображение, проявилось доселе скрытое заболевание сердца. Такое бывает…
- Я думаю, она все еще одинока и напугана. Прошлой ночью я слышал шаги на лестничной площадке и голос, который звал меня издалека. Я намерен оставаться здесь до тех пор, пока буду ей нужен.
- Ты уже далеко продвинулся по пути к безумию, - тихо сказал доктор. - Но я ничего не могу сделать, кроме как настоятельно попросить тебя убраться из этого дома. Я позвоню завтра и надеюсь, что к тому времени твое мнение переменится. – Он поставил на стол маленькую коробочку. - Прими две штуки и постарайся хорошенько выспаться.
Ричард с безразличным видом проводил посетителя к выходу.
Он поднялся в комнату, которая раньше служила супружеской спальней, и не раздеваясь лег на кровать, потом закрыл глаза. В этом доме, должно быть, было что-то такое… ужасное, чего он, здравомыслящий человек, не мог понять или увидеть. Ричард воссоздал в своей голове сцену, которую увидел дома семь дней назад. Мертвая собака на коврике у двери и Полина в гостиной, скорчившаяся у окна, с лицом, искаженным неописуемым ужасом. Одно только обостренное воображение не могло стать причиной такой ужасной смерти, если страх не способен создавать собственных призраков.
Должно быть, Ричард заснул, потому что внезапно очнулся и понял, что солнце село и в комнате почти совсем темно. Его разбудил какой-то шум. Он лежал неподвижно и напрягал слух. Кто-то проходил мимо дома по улице, и постепенно шаги удалялись. Звук повторился — кто-то медленно открывал дверь. Скрип несмазанных петель, лязг цепочки, тихий тревожный вскрик, затем — на некоторое время — тишина.
Он уже обдумывал пугающую возможность – выбраться из постели и выйти на лестничную площадку, – когда услышал, как его снова и снова окликают по имени.
- Ричард... Ричард...
Голос Полины; приглушенный, как будто жена находилась где-то далеко… Но, без сомнения, это был ее голос.
- Ричард... помоги... помоги...
Он попытался пошевелиться; мужественность и любовь требовали, чтобы он встал, но страх сковал его ледяными оковами, и Ричард мог только стонать, цепляясь за скомканное постельное белье.
- Ричард… – Теперь шепот донесся из-за закрытой двери. – Ричард, теперь я стала его «дружком». Я не могу справиться с ним в одиночку. Пожалуйста, помоги...
Прошла целая минута, а то и больше, прежде чем Ричард наконец заставил свое дрожащее тело подняться с кровати, приказал ему подойти к двери, повернуть ручку вспотевшими пальцами и, пошатываясь, выйти на лестничную площадку. Рука нащупала выключатель, и темнота, словно трусливое чудовище, метнулась в сторону, обнажив прямоугольную полосу неверной тени - вход в комнату для гостей.
Ричард с мужеством, рожденным отчаянием, шагнул вперед и остановился в дверном проеме. Он прошептал:
- Полина... где ты?
Затем послышался скулеж и царапанье, которое могли издать когтистые лапы, касающиеся пола...
- Сюда, Ричард. Пожалуйста... пожалуйста, помоги мне.
Ричард глубоко вздохнул и шагнул в темноту.
Обратно он так и не вышел.
— Раздел «Мастерская»: делаем суперы в стиле серий SF и fantasy лучших книг жанра, «реставрируем» оригинальные суперобложки.
Сделал Исаев М. А., 2014(2011)-2025
(контент и разработка сайта)
SZfan.ru Вконтакте,
Суперобложка Филип ФАРМЕР «Личный космос»
— Обложка
⚜ 14.11.2024
Суперобложка Роберт АСПРИН «Миф» (4-7)
— Обложка
⚜ 23.01.2024
Суперобложка Филип ФАРМЕР «Создатель вселенных»
— Обложка
⚜ 02.10.2022 
SZfan.ru
